Неорусский стиль в архитектуре санкт-петербурга — возврат к национальному началу

Русский стиль Петербурга

Цикл посвящен архитектуре эпохи модерна. Это историко–архитектурная экскурсия, посвящённая «русскому» и «неорусскому» стилю в облике Санкт–Петербурга второй половины XIX
и начала XX веков. 

Мы привыкли воспринимать Петербург как «европейский город», его архитектура и планировка в основном сложились в 18-19 веках в стилях барокко и классицизм. Портики, колонны, балюстрады и «барочные завитки» — это и есть то, что понимается под архитектурой Петербурга.

Но ещё с середины 19 века начинаются поиски «русского стиля», развитие которого было прервано в Петровское время. Тогда и по всему миру начинаются попытки найти свой «Национальный стиль» в архитектуре.

Наиболее ярко эти искания «Национального стиля» в России воплотились на рубеже XIX–XX веков, во времена «самого русского Царя» Александра III и его сына Николая II.

В это время в Петербурге начинают появляться церкви и дома с традиционными «русскими мотивами», своим обликом напоминающие церкви Ярославля или Москвы 16–17 веков или похожие на постройки Древнего Новгорода или Пскова! Тогда,

в начале XX века, «неорусский стиль» становится нашим «русским северным модерном». 

В этой экскурсии мы попытаемся раскрыть этапы развития этого необычного для Петербурга стиля и показать наиболее знаковые и примечательные постройки этого направления, как известные, так

и малоизвестные. Освятим творчество мастеров, их создававших, попытаемся понять причины и мотивы, двигавшие ими. 

Мы осмотрим сохранившиеся и недавно отреставрированные постройки, поговорим об утраченных памятниках этого стиля в нашем городе.

Помимо всего прочего, мы увидим прекрасный, но малоизвестный майоликовый портал на библиотеке НИИ Экспериментальной медицины, дома в «неорусском» стиле на Петроградской стороне, побываем на месте храма Спас–на–водах, построенного как копию Димитровской церкви во Владимире,

и посетим находящийся там музей!

Рассмотрим в деталях один из главных символов Петербурга,
«Спас–на–Крови», который является ярчайшим представителем «Русского стиля» в Петербурге! Посмотрим и поговорим о доходных домах в не всеми тогда принимаемом «петушином» стиле на пл. Островского и на Фурштадской, о знаменитом

«доме с майоликой» арх. Н. Н. Никонова на Колокольной улице… Увидим Дом офицеров на Литейном, музей Суворова на Кирочной, Гутуевскую церковь арх. В. А. Косякова, Знаменскую церковь старообрядцев на Тверской улице и многое другое.

Также посетим недавно отреставрированный храм Феодоровской иконы Божией Матери в честь 300 летия дома Романовых… Побываем в Новодевичьем монастыре на Московском проспекте и, возвращаясь на метро Нарвская, осмотрим подворье Валаамского монастыря.

Проехав по всему городу, мы составим целостную картину этого интересного и непростого культурного явления, от его зарождения в культовых постройках эпохи Николая I, через поиск национальных мотивов в декоративном убранстве зданий периода эклектики,

и до зарождения «неорусской» архитектурной школы в эпоху Модерна, давшей новую жизнь древнему художественному наследию России.

Источник: http://cvetasevera.ru/tours/spbrussianstyle/

Окно в Русь: псевдорусский стиль в архитектуре Петербурга

С самого своего основания Петербург было принято считать самым европейским из русских городов: ведь подавляющая часть архитектурных шедевров здесь создавалась иностранцами. В конце XIX — начале XX столетия российское искусство стало обращаться к национальным, патриотическим мотивам — и архитектура не была исключением.

Именно тогда в Петербурге появились здания, словно перенесшиеся из русских сказок, напоминающие теремки и дворцы древних князей.  Здания эти часто выполнены в сильно утрированной, нарочито «вымышленной», сказочной манере, и в действительности с древнерусской архитектурой имеют мало общего — скорее, с представлениями о ней людей нового времени.

Город+ узнал, как в петербургской архитектуре отыскать «русский дух».

Храм Воскресения Христова на крови (Спас на крови)

Один из самых знаменитых образцов псевдорусского стиля в Петербурге — храм Воскресения Христова на крови, или Спас на крови. Церковь получила такое название, поскольку была возведена на месте смертоносного покушения на императора Александра II в 1881 году.

Строительство храма началось через два года после смерти царя по указу его сына, императора Александра III, в годы правления которого были созданы многие образцы псевдорусской архитектуры.

Деньги на возведение церкви собирали по всей стране: нижний ярус колокольни украшают гербы 134 российских губерний, областей и городов, жители которых внесли пожертвования на строительство храма. Спас на крови строился по совместному проекту архитектора А.А.

Парланда и настоятеля Троице-Сергиевой пустыни архимандрита Игнатия (в миру Малышева). Они выполнили пожелание Александра III и создали собор в «истинно русском стиле», сохранив место смертельного ранения его отца внутри храма.

Однако завершения работ государь не увидел: стройка продолжалась 24 года и готовый храм в 1907 году открывал уже последний российский император, Николай II.

«Достаточно длительный срок объяснялся богатством и разнообразием декора, а также применением передовых для своего времени инженерно-строительных технологий.

Впервые в градостроительной истории Санкт-Петербурга отказались от свайного фундамента, заменив его сплошным бетонным основанием и бутовой кладкой.

Сложная система гидроизоляции защищала собор от вод канала, были разработаны системы парового отопления и электрического освещения», — рассказывается на сайте Государственного музея-памятника «Исаакиевский собор», в комплекс которого входит церковь.

Одной из ярких особенностей собора является мозаичное убранство. Общая площадь мозаичных панно в убранстве храма составляет 7056 квадратных метров — это более 600 икон и других композиций, созданных по эскизам 32 выдающихся художников эпохи, в том числе, Виктора Васнецова и Михаила Нестерова. 

Другой особенностью облика церкви является подбор камня во внутреннем убранстве: в оформлении храма использовались редкие породы мрамора, гранита и других видов камня.

К примеру, сень над местом смертельного ранения императора создана из алтайских и уральских драгоценных и поделочных камней.

«Это сложное архитектурное сооружение на четырёх колоннах из серо-фиолетовой яшмы, на которых покоится высокий антаблемент из ревневской яшмы со стилизованными вазами по углам из николаевской яшмы.

Мемориальный характер храма ещё раз подчеркивается размещением в цокольной части стен 20 гранитных досок, описывающих деяния Александра II как царя-реформатора, царя-освободителя, а так же огромным мозаичным «Распятием» под золочёным навесом на западном фасаде колокольни», — отмечается на сайте храма-музея.

Дом Басина на площади Островского

Доходный дом архитектора Басина на площади Островского, 5 — одна из первых псевдорусских построек в Петербурге. Как следует из названия, свой доходный дом зодчий спроектировал сам и, не боясь гнева заказчиков, осмелился на столь резкий по тем временам эксперимент в самом центре столицы.

Дом был построен в 1878-79 годах в непосредственной близости от Александринского театра и Публичной библиотеки, и не мог не привлекать изумлённых взглядов — поскольку радикально выделялся на фоне классического ансамбля площади.

Конечно, этот доходный дом не был рассчитан на бедноту, а предназначался, скорее, для богемы и интеллигенции — однако в основном там селились купцы, предприниматели, финансисты.

В культурной среде многие остались недовольны домом, считая его издёвкой над ансамблем Росси, пёстрой и безвкусной, напрочь убившей облик площади. 

По одной из легенд, однако, дом очень высоко оценил будущий император Александр III, а тогда — цесаревич, проживавший с семьёй буквально напротив, в Аничковом дворце.

Якобы, увидев творение Басина, Александр проникся любовью ко всему национальному, решил отрастить бороду, а впоследствии, став императором, изменил облик русского солдата и переодел его из европейского вида формы в высокие сапоги и шаровары.

Музей Суворова

Музей генералиссимуса Александра Суворова стал первым в России мемориальным музеем, созданным в память одного человека. Здание никогда не было чьим-то особняком, строилось специально для музея и на протяжении столетия сохранило свою музейную функцию (хотя три десятилетия после революции музей здесь не функционировал).

Музей создавался в 1901 — 1904 годы по указу императора Николая II. Государь инициировал сбор средств на музей и сам стал его главным жертвователем.

Место для постройки выделил лейб-гвардии Преображенский полк — отдав под нужды музея часть своего плаца на пересечении Кирочной и Таврической улиц.

Торжественное открытие в присутствии императора, представителей полков, в которых Суворов служил и которыми командовал, а также потомков генералиссимуса, состоялось в 175-ую годовщину со дня его рождения.

Возводился музей-терем по проекту знаменитых архитекторов своего времени Александра фон Гогена и Германа Гримма. Одной из особенностей здания являются мозаичные панно, выполненные по мотивам живописных полотен, посвящённых подвигам полководца. 

«Оба крыла главного фасада украшают мозаичные картины, исполненные мозаичистами Н.Е. Масленниковым и М.И. Зощенко (отец известного русского писателя М.М. Зощенко) по эскизам художников А.Н. Попова («Переход Суворова через Альпы») и Н.А.

Шабунина («Отъезд Суворова в поход 1799 года»). Под шатром центральной башни, увенчанной двуглавым орлом, расположен княжеский герб А.В. Суворова. Вход в музей оформлен в виде древнерусского дворцового крыльца», — рассказывается на сайте музея.

Усадьба Чернова 

Усадебный дом на Октябрьской набережной, 72 и прилегающий к нему парк называют дачей генерала Чернова — по имени последнего дореволюционного владельца. Именно он в 1889-93 годах возвёл здесь каменный особняк в псевдорусском стиле с шатровыми разноуровневыми башнями.

Здание строилось по проекту мастеров эклектики и модерна под руководством Александра фон Гогена (того самого, что впоследствии возведёт Музей Суворова и особняк Матильды Кшесинской на Петроградской стороне), А. И. Кузнецова и Г. И. Люцедарского.

По воспоминаниям одного из зодчих, Александра Кузнецова, большинство требований Чернов предъявлял к внутренней планировке дома и расположению комнат, стремясь, в первую очередь, к тому, чтобы его личные покои были максимально отделены от общих и официальных комнат, а также помещений для гостей и прислуги.

До фасада, как ни удивительно, дела генералу не было никакого — Кузнецов в своей статье для журнала «Зодчий» упоминает, что выбор внешнего стиля здания владелец оставил на усмотрение архитекторов.

Вероятно, именно благодаря невмешательству заказчика зодчим удалось создать уникальное и сверхактуальное для тех лет строение, на возведение которого решился бы не каждый.

Чернов же, по воспоминаниям современников, был человеком предприимчивым, и использовал свою дачу не только для отдыха, но и для дохода. В том числе, и не самого честного. Например, генерал взимал плату с желающих прогуляться в его парке или собрать там грибы.

Кроме того, сохранились сведения, что Чернов распродавал отдалённые участки своего имения — и получал жалобы от новых владельцев, поскольку эти земли были либо заболочены и непригодны для строительства, либо не имели никаких подъездных путей.

Обманутые покупатели добились того, чтобы Чернову запретили торговать необустроенными участками под видом готовых к строительству, а также обязали вернуть потерпевшим деньги.

Источник: http://www.gorod-plus.tv/navi/1050.html

Экскурсия: Русский стиль в архитектуре Петербурга: в поисках национальной идентичности | авторская экскурсия по Петербургу

История русской национальной культуры, органичной и самобытной, была отчасти прервана реформами Петра I, когда Российская империя и особенно её столица стали развиваться в русле западной цивилизации. Петербург стал «самым европейским городом» страны с классическими архитектурными ансамблями.

Так продолжалось до середины XIX века, когда универсальный язык классицизма, общий для многих стран, стал выходить из моды.

Взамен него наметилось «возвращение к истокам», когда деятели культуры и искусства в поисках национальной идентичности задумали перенести образы допетровской Руси в современность, воплотив их в живописи, музыке, литературе, и, конечно же, архитектурных памятниках.

Развитие «русского стиля» в архитектуре Петербурга прошло долгий путь и вылилось в создание десятков церквей, общественных зданий и доходных домов.

Многие из этих построек, например, знаменитый «дом-сказка» или церкви Константина Тона, не дошли до наших дней. Другие нередко скрываются в самых неожиданных местах, поражая случайного прохожего сказочной красотой.

Мы приглашаем вас на авторскую экскурсию по «русскому Петербургу» и его наследию.

Программа экскурсии:

  • 10:00 — встреча группы около ст. м. «Площадь Александра Невского».
  • Экскурсия «Русский стиль в архитектуре Петербурга: в поисках национальной идентичности»:
  • Церковь Петра Митрополита на Роменской улице.Это выдающееся произведение в стиле неорусского модерна — творение Андрея Аплаксина, последнего епархиального архитектора Петербурга.
  • Покровская церковь на Боровой улице.«Сказочный» русский храм с огромной шатровой колокольней поражал современников своей красотой,будто перенося их в Москву или Ярославль XVII века. Сейчас храм, чудом уцелевший в советское время, возрождается в былом великолепии.
  • Здание Училищного совета Синода.Это присутственное место было построено наподобие русского терема и украшено огромной мозаикой работы знаменитой мастерской Фролова.
  • Собственный доходный дом архитектора Никонова.Один из признанных мастеров «русского стиля» архитектор Николай Никонов возвел этот дом для своей семьи и сдачи квартир внаём.
  • «Дом-пряник».Пожалуй, самая известная постройка Н. Никонова — «дом-пряник» на Колокольной улице. Эта настоящая архитектурная жемчужина, украшенная поливными изразцами, не уступает в красоте знаменитому храму Спаса на Крови.
  • Посещение Леушинского подворья.Монастырь, история которого тесно связана с именем о. Иоанна Кронштадтского, не сохранился до наших дней — он был затоплен водами Рыбинского водохранилища. Петербургское подворье уцелело и ныне действует, храня историческое предание и вещий сон первой настоятельницы монастыря о будущем затопленного Мологского края Ярославской земли.
  • Доходный дом архитектора Басина.Мы увидим один из первых образцов русского стиля в самом центре классического Петербурга. Постройка вызвала недовольство современников, но со временем стала хрестоматийным примером зодчества XIX века.
  • Посещение подворья Оптиной пустыни.Величественный храм на берегу Невы был построен для подворья одного из древнейших монастырей Руси — Киево-Печерской лавры. Закрытый в советские годы, в наше время он передан под Оптинское подворье. В интерьере применены уникальные для своего времени конструктивные решения. Мы сможем рассмотреть великолепные росписи в стиле узорочье с фантастическими растительными мотивами, ныне полностью восстановленные, подняться на хоры и увидеть церковную звонницу, а также при желании отобедать в монастырской трапезной.
  • Посещение подворья Валаамского монастыря.Подворье, образец эволюции русского стиля в начале XX века, ныне находится во владении Валаамского монастыря и хранит память о богатейшей истории этой обители.
  • Воскресенская церковь Общества трезвости у Варшавского вокзала.Храм благотворительного Общества трезвости — удивительное сплетение русского стиля и стиля модерн. С высоты храмовой колокольни мы увидим одну из лучших панорам исторического центра города.
  • Храмовый ансамбль на Средней Рогатке.Традиции русского стиля, прерванные Октябрьской революцией, начали возрождаться в 1990-е годы. Примером этого возрождения стал церковный комплекс на Средней Рогатке, где мы поговорим об особенностях «русского стиля» в наше время.
  • 17:00 — ориентировочное время окончания экскурсии у ст. м. «Московская».
Читайте также:  Отель азимут в санкт-петербурге

В стоимость включено:

  • экскурсионное обслуживание;
  • транспортное обслуживание.

Источник: http://www.silver-ring.ru/ru/trip/ru/odnodnevnyeavtobusnyeexcursii/russkij-stil-v-arhitekture-peterburga/

Совсем не объективные размышления о стилях в архитектуре

Вторая часть статьи >>
Третья часть статьи >>
Четвертая часть статьи >>

С одной стороны, стили вещь простая и понятная, с другой стороны, как их связать с конкретным зданием, ясно далеко не всегда. Попробуем в этом разобраться.

Для начала общие представления о стилях.

Чтобы не путаться в терминах, определимся с европейской классификацией архитектурных стилей.

В подробности вдаваться не будем, отметим только основное, итак:

  • Архитектура древнего мира
  • Античная архитектура
  • Средневековая архитектура
    • Византийская
    • Романская
    • Готика
  • Архитектура Нового времени
    • Ренессанс
    • Барокко и Рококо
    • Классицизм и Ампир
    • Эклектика или Историзм
    • Модерн, он же Арт-нуво, Югендстиль, Сецессион и другие разновидности
  • Архитектура Новейшего времени
    • Конструктивизм
    • Арт-деко
    • Модернизм или Интернациональный стиль
    • Хай-тек
    • Постмодернизм
    • Разнообразные современные стили

Система стилей сформировалась в эпоху Просвещения, когда возник интерес к искусству, и появилась необходимость его как-то классифицировать. Возникла абстрактная хронологическая классификация стилей, весьма далёкая от реальности.

На самом деле, чистых стилей в архитектуре практически нет, все они существуют одновременно, дополняя и обогащая друг друга. Стили не сменяются механически один другим, они не устаревают, не возникают ниоткуда и не исчезают бесследно.

В любом архитектурном стиле есть что-то от предшествующего и будущего стиля. Мы даже не задумываемся, что какие-то элементы привычных для нас стилей, возникли в древнем Египте или Месопотамии.

В своё время интерес к античности определил переход от средневековой архитектуры к архитектуре Нового времени.

Относя здание к определённому архитектурному стилю, мы должны понимать, что это условная характеристика, так как каждое произведение архитектуры по-своему уникально и неповторимо.

Для того чтобы отнести здание к конкретному стилю, нам надо выбрать главный, по нашему мнению, признак. Ясно, что такая классификация всегда будет приблизительной и неточной.

Поэтому, чтобы примирить абстрактный стиль с реальным зданием, искусствоведы и другие умные люди придумали много дополнительных уточняющих стилей.

Сейчас мы в эти дебри вникать не будем, а перейдём к русской храмовой архитектуре.

Как уже понятно, средневековая русская архитектура в европейскую классификацию не вписывается ни коим образом. Это не говорит о том, что в древнерусской архитектуре нет стилевого разнообразия, просто европейцам она тогда была плохо известна. Мы, в общем, тоже плохо представляем дохристианскую русскую архитектуру, хотя она, несомненно, была. Поэтому начнём с эпохи принятия христианства.

Русь приняла от Византии сложившуюся православную религию, в которой уже были разнообразные типы храмов.

Отсутствие на Руси традиции каменного строительства не позволило взять за основу сложную столичную систему купольной византийской базилики.

Образцом для русских храмов стал четырёх- и шестистолпный крестово-купольный тип провинциального византийского храма. Почему так получилось, мы можем только гадать.

Псковско-Новгородский Киевско-Черниговский
Смоленско-Полоцкий Владимиро-Суздальский

Первой каменной церковью на Руси считается церковь Пресвятой Богородицы (Десятинная), построенная в Киеве в 991-996 гг. греческими мастерами. Однако до неё уже были построены большие рубленые деревянные церкви в Киеве, Новгороде и Ростове.

Какие это были церкви мы не знаем, но то, что они отличались от византийских, несомненно. Характерным признаком первых деревянных русских храмов является многоглавие, например, первая Киевская София «имущее верхов 13» или построенная в 992 году дубовая Новгородская София «13 верхы имуще».

Позднее строятся и многоглавые каменные храмы в Киеве, Новгороде, Полоцке.

Византия дала мощный первоначальный импульс каменной русской архитектуре.

Однако это не привело к копированию форм и внешнего облика византийских храмов, а стало фундаментом, на котором очень быстро развился самобытный древнерусский архитектурный стиль.

С Византией сохранилась преемственность религиозно-символическая, которая в дальнейшем выразилась в идее третьего Рима.

В русской архитектуре начинают формироваться разные школы: Владимиро-Суздальская, Новгородская, Псковская, Киевская, Черниговская, Галицко-Волынская, Смоленско-Полоцкая и другие. Приглашаются греческие и европейские мастера. Новые приёмы в объёмных и декоративных формах древнерусского зодчества говорят о неразрывной связи с архитектурой христианской Европы, при этом сохраняется русская уникальность.

Развитие древнерусского зодчества, было прервано монголо-татарским нашествием. На некоторое время связь русской и общеевропейской архитектуры прекратилась.

Однако, после освобождения от ордынского ига, отношения с европейской архитектурой вновь возродились. Пример этому, главные кремлёвские соборы Москвы.

То, что русская архитектура продолжилась в формах домонгольского зодчества, имеет много причин, мы просто примем это как данность.

В этот период возникает «раннемосковский» стиль русского зодчества, который развиваясь, постепенно становится общерусским. Для простоты назовём его «московским стилем». В этом стиле построено большинство храмов в 16 веке. При этом своеобразие местных региональных школ сохраняется.

Следующий этап развития русской архитектуры, назовём его «годуновский», снова обозначил связь с европейской традицией, но вновь был прерван, на этот раз Смутой.

Ярославская школа

После смутного времени Европа воспринималась как враг, поэтому «годуновский» стиль развился в «узорочье«, наверное, самый русский стиль. Он очень светлый и радостный, в нём всего с избытком, в Москве кокошников, а в Ярославле изразцов.

Сближение с европейской культурой было неизбежно, в архитектуре это выразилось в пришедшем на смену «узорочью» Нарышкинском стиле, его ещё называют «нарышкинским или московским барокко». Лучшим образцом этого стиля была, разрушенная в 1936 году, Успенская церковь на Покровке в Москве.

Строгановский Тотемский
Устюжский Вятский
Уральский Сибирский

Нарышкинский стиль дал массу прекрасных провинциальных вариантов храмовой архитектуры по всей России. Они получили названия Строгановского, Тотемского, Устюжского, Вятского, Уральского, Сибирского и т.

д барокко. Этот самобытный стиль имеет мало общего с европейским барокко и мог бы называться иначе, но так исторически сложилось. В 18 веке именно «нарышкинский стиль» и его вариации был основным на всей территории России, кроме Санкт-Петербурга и Москвы.

В Малороссии развивается самобытное «украинское барокко«, в Белоруссии «виленское барокко«.

Нарышкинский стиль стал последним национальным русским стилем в архитектуре, наступало новое время, а с ним приходила новая стилистика.

Украинское барокко Виленское барокко
Петровское барокко Голицынское барокко
Елизаветинское барокко Елизаветинское барокко
Аннинское барокко Екатерининское барокко

При Петре I происходит резкий поворот к европейской архитектуре, возникает «петровское барокко«. Это уже типичный североевропейский стиль, который, однако, в России не прижился, слишком сухим и рациональным он оказался.

Уникальным явлением стали храмы в «голицинском стиле«. Это, наверное самое европейское направление в русском барокко. Храмов в этом стиле было построено очень мало, но достаточно и одного шедевра — церкви Знамения в Дубровицах.

После «аннинского» барокко, основным стилем в Петербурге и Москве становится «елизаветинское» барокко. Это уже стиль молодой Российской империи. В Петербурге Растрелли, а в Москве Ухтомский создают, на мой взгляд, самый радостный стиль послепетровской эпохи. Прекрасный Никольский морской собор построил С. И. Чевакинский.

Некоторое время в архитектуре продолжается более строгое «екатерининское» барокко, но вскоре главным стилем в столицах, а позже в провинции, становится классицизм, сдержанный и гармоничный. Замечательными, хотя и очень разными, мастерами этого стиля были Василий Баженов и Матвей Казаков. Очень интересны и самобытны храмы, построенные Николаем Львовым.

В конце екатерининского периода, строится несколько храмов в псевдоготическом стиле.

При Александре I классицизм переживает время расцвета. Наверное, лучший храм в этом стиле — Казанский собор в Санкт-Петербурге, построенный Андреем Воронихиным.

Эпоха классицизма, после победы над Наполеоном, завершается русским ампиром. Крупнейшими мастерами этого стиля были Карл Росси и Василий Стасов, создавший замечательный Измайловский собор в Петербурге.

Храмы в этих европейских стилях, в основном, связаны со столичной архитектурой. В провинции строятся храмы, в которых одновременно присутствуют черты барокко и классицизма, нарышкинского стиля и псевдоготики. Это придаёт провинциальным и усадебным храмам неповторимое очарование.

Екатерининский классицизм Екатерининский классицизм
Александровский классицизм

В эпоху Николая I происходит возврат к формам древнерусской архитектуры.

Однако провозглашенная триада «Православие, Самодержавие, Народность» привела в архитектуре не к творческому переосмыслению древнерусской архитектуры, а к механическому перенесению её внешних форм и декоративных элементов на классические композиционные схемы.

В русской архитектуре началась эпоха эклектики, или как её сейчас называют, историзма. Этот стиль изначально не был единым и дал внутри себя массу направлений.

Государственным, официально одобренным стилем, стал, так называемый, «русско-византийский» стиль. По большому счёту, ни к византийскому, ни к древнерусскому стилю, он отношения не имеет. Его ещё называют «псевдорусским стилем». Основным выразителем этого направления стал Константин Тон.

На основе его «образцовых проектов» в российских городах было построено много однообразных церквей и соборов. Главное отличие «псевдорусских» храмов, их тяжеловесность, механистичность и сухость, что абсолютно не свойственно русской архитектуре.

Самой интересной «русско-византийской» постройкой, так и остался родоначальник этого стиля, храм Христа Спасителя в Москве.

Александровский ампир Николаевский ампир

Для провинции Священный Синод издавал «Атласы планов и фасадов церквей для построек в селениях», к счастью на местах эти проекты перерабатывали иногда до неузнаваемости. Тем не менее, в провинции появилось достаточно много неинтересных и, в общем-то, однотипных храмов. Иногда их называют постройками в «синодальном» стиле.

Во второй половине 19 века, под влиянием фабричной архитектуры, возник рациональной, так называемый, «кирпичный» стиль. Однако, к концу века, в этом стиле было построено много, довольно изящных, псевдорусских храмов.

На основе средневековых европейских стилей появилась романтичная «неоготика«, но большого распространения она, естественно, не получила.

Русско-византийский стиль Псевдовизантийский стиль
Неоготика Кирпичный стиль
Псевдорусский стиль Поздний псевдорусский стиль

Наиболее оригинальные образцы эклектики были построены в «псевдовизантийском» стиле. В этом стиле работал петербургский архитектор В. А. Косяков.

В 1890-е годы «псевдорусский» стиль стал отходить от аляповатых форм и приобрёл вид близкий к «узорочью».

Стиль эклектики, за малым исключением, не дал ярких образцов в храмовой архитектуре, но он пробудил интерес к настоящему, а не суррогатному, древнерусскому зодчеству.

В конце 19 века в Европе возник стиль, который во Франции назывался «арт-нуво», в Австрии «сецессион», в Германии «югендстиль». В России этот стиль получил название «модерн». В русском храмостроении в этом стиле были созданы блестящие образцы архитектуры. Модерн творчески переосмыслил древнерусское наследие.

В этом стиле работали В.А. Покровский, И. Е. Бондаренко, А.В.Щусев и другие.

Было создано два основных направления: «неорусский» стиль, разрабатывающий в новых формах приёмы домонгольской архитектуры и «романтизм» с его стилизациями на тему древнерусской архитектуры, такие церкви часто строили старообрядцы.

Романтический стиль Неорусский стиль
Неоклассицизм Современный

В последние годы перед революцией возник «неоклассицизм«, но времени на развитие у него не оказалось.

После 1917 года Россия обогатила мировую архитектуру «Русским авангардом«, но развитие храмовой архитектуры, в очередной раз, было насильственно прервано.

Сейчас идут поиски современного стиля русской храмовой архитектуры, но интересных решений практически нет, как нет пока и заинтересованности в них.

Подводя итог, нужно заметить следующее:

Получив от Византии сложившуюся систему христианского храма, Русь очень быстро переосмыслила его и создала свой стиль храмовой архитектуры. При этом древнерусская архитектура, несомненно, являясь частью европейской христианской архитектуры, всегда сохраняла свою стилевую уникальность.

Даже в новое время, используя непривычные для себя, но общие с европейскими странами пространственные и декоративные приёмы, русская храмовая архитектура создала именно русское барокко, русский классицизм, русский ампир и русский модерн. Это были европейские стили, но в русской культурной традиции.

Кроме этого, в русской архитектуре параллельно с каменным, существовало и не имеющее аналогов в мире, деревянное храмовое зодчество. Именно оно на протяжении столетий определяло образ Русской земли. К сожалению, сегодня это бесценное наследие, по сути, оказалось ненужным ни государству, ни церкви.

Про отдельные стили русской каменной и деревянной архитектуры стоит поговорить более подробно. Но об этом позже.

Источник: http://sobory.ru/lib/architecture_styles.html

Архиерейский дом (г.Сумы)

К вопросу о термине «неорусский стиль». Опыт понимания

Несмотря на солидную историографию архитектуры второй половины XIX—начала ХХ века, в терминологических определениях её стилевых разновидностей существует известная приблизительность.

Между тем, вопрос о терминологическом аппарате в действительности является ключевым: без консенсуса в нём не только затруднителен диалог внутри научной среды, но почти невозможны популяризация историко-архитектурного знания и преподавание истории архитектуры и искусства.

В данной статье я рискую предложить. О том, насколько убедительными являются мои доводы, судить читателю.

Едва ли найдётся специалист, готовый искренне отрицать следующее: с вербальным определением национально-романтических стилизаций допетровской архитектуры на сегодняшний день далеко не всё благополучно.

Разнобой «псевдорусского», «русского» и «неорусского» «стилей» (число вариантов умножается за счёт возможности употребления этих словосочетаний, как с кавычками, так и без них) ввергает в смущение уже отнюдь не только студентов и читателей-неофитов.

Читайте также:  Центральный военно-морской музей санкт-петербурга: расписание, часы работы, цена билетов и адрес музея

Отсутствие внятного объяснения указанных терминов, как и само их многообразие, серьёзно затрудняет диалог внутри научного сообщества.

Безусловно, новаторство эпохи модерна проявилась и в работе зодчих с древнерусской традицией. Авторство словосочетание «новорусский стиль» приписывают Великой княгине Елизавете Фёдоровне, которая предложила на один из конкурсов Строгановского художественно-промышленного училища тему под названием «колье в новорусском стиле»[1].

Через короткое время «строгим ново-русским стилем» назовут манеру И.А.

Фомина, представившего на знаменитой «Выставке архитектуры и художественной промышленности нового стиля», прошедшей в Москве с конца 1902-го по начало 1903 года, предметы мебели и целые интерьеры, убранные с необычайной лаконичностью и, в то же время, с явными отсылками к национальной традиции[2].

Впрочем, вхождения этого термина в широкий обиход тогда не состоялось, о чём свидетельствует лексикон периодики 1900-х годов, когда речь заходит о современных постройках.

Тексты эти изобилуют вариантами словесного наименования стилизаций допетровского зодчества: «в древнерусском стиле», «в новгородско-псковском стиле», «в стиле XVII века» и т.п. И дело здесь, надо полагать, не только в журналистском волюнтаризме.

Газетчики ориентируются в своих стилистических описаниях на источник стилизации в условиях «терминологического вакуума», косвенным доказательством чему может служить и напечатанный в 1905 году очерк А.П. Новицкого, одного из авторитетнейших архитектурных публицистов.

Вычленяя в истории поисков национально-самобытного поприща в отечественной архитектуре XIX века ряд этапов (или «направлений»), он, тем не менее, избегает присваивать им чёткие словесные определения, довольствуясь их критикой[3].

Лишь В.Я.

Курбатов в хрестоматийной статье 1910 года «О русском стиле для современных построек», говоря о сущностном отличии современного этапа освоения национальной архитектурно-художественной традиции от экспериментов в этой области, совершавшихся в XIX столетии, вводит оппозицию неорусский – псевдорусский, подразумевая в последнем случае всю совокупность исканий и произведений мастеров эклектики – от К.А. Тона до А.Н. Померанцева — и называя основоположником первого В.М. Васнецова[4]. Понятно стремление критика начала ХХ века подчеркнуть значительность качественного рывка, совершённого художниками в деле «модернизации» национально-самобытного направления в архитектуре. Однако здесь перед нами встают сразу два вопроса, ответить на которые представляется крайне важным. 1) Адекватно ли указанная реформа приставок (замена «псевдо-» на «нео-») отражает смысл свершившегося поворота в методах формирования архитектурного образа? 2) Насколько вообще уместно использование приставки «псевдо-» для описания явлений истории искусства? К этим вопросам присовокуплю третий, уже сформулированный выше – о содержании термина «русский модерн».

Прежде, чем ответить на них, следует задаться вопросом о том, как наша «доморощенная» терминология корреспондирует терминологии, принятой за рубежом. Надо полагать, что унификация здесь была бы в наших собственных интересах, позволяя вписать отечественный архитектурный процесс в международный контекст XIX и ХХ веков.

Начнём с приставки «псевдо-», которая в интересующем нас контексте на Западе практически не встречается.

Означая в буквальном переводе с греческого «ложный» или «фальшивый», она описывает явление с выраженным оценочным подтекстом, смотрит на него сквозь призму морали и, в конечном итоге, как бы уличает в мошенничестве: «псевдорусский стиль» = «фальшивый русский стиль», «мнимый русский стиль», наконец, «подделка под русский стиль». Этот оценочный пафос вполне соответствует высказыванию З. Гидиона о том, что архитекторы XIX столетия «обладали свойством, прямо противоположным “прикосновению Мидаса”, — всё, чего касались их руки, превращалось в пыль, а не в золото»[5]. Но времена меняются, и, надо полагать, что с упразднением необходимости порицать архитектуру XIX века за (естественный для неё) консерватизм термин «псевдорусский стиль» автоматически лишился актуальности.

В отличие от терминов с приставкой «псевдо-», термины с приставкой «нео-» в зарубежной историографии широко применяются к стилистическим вариациям архитектуры XIX века, наряду с понятием «revival» (англ. «возрождение»): например, «neo-gothic» = «gothic revival».

Последняя формула, безусловно, более точна в характеристике явления как целенаправленного повторения, воспроизведения, стилизации готической архитектуры или её декоративной системы. Тем не менее, приставка «нео-» выступает эквивалентом такого значения, причём более лаконичным в графическом выражении.

Аналогичным образом сформулированы и употребляются термины «neo-grec» = «greek revival», «neo-renaissance» = «renaissance revival» и т.п.

Вся совокупность архитектурных неостилей в англоязычной литературе удобно обозначается термином «revivalism»[6], которому, при всей очевидности смысла, к сожалению, трудно подобрать русский эквивалент.

Но проблема отсутствия у нас подходящего наименования для большого стиля эпохи XIX века, периодически обсуждаемая специалистами[7], в данной статье лежит за рамками нашего внимания. Достаточно констатировать лишь то, что принятые за рубежом наименования неостилей успешно применяются и в отечественной науке: «необарокко», «неорококо», «неовизантийский стиль» и т.д.

Термин «неорусский стиль», вне всякого сомнения, принадлежит к тому же ряду и должен обозначать архитектурный неостиль XIX века, «работу

Часто используемое сегодня для определения национально-самобытных стилизаций второй половины XIX века словосочетание «русский стиль»[9] является позаимствованным у современников той эпохи. Смысл его заключался в утверждении самобытного направления в архитектуре и искусстве, обладающего вневременной ценностью.

Стилизаторское обращение к формальному лексикону зодчества XVI—XVII веков виделось в 1870-х—1890-х годах восстановлением распавшейся связи времён, возвращением на «столбовую дорогу» естественного развития отечественного искусства, исправлением исторической ошибки, каковой предстала перед ними петровская европеизация.

В частности, архитектор А.А. Парланд, автор храма-памятника Воскресения Христова в Санкт-Петербурге, писал: «Русский стиль, развиваясь первоначально свободно и правильно, без посторонних давлений, дошёл, наконец, при царе Алексее Михайловиче в церковных постройках Москвы и в особенности Ярославля, Ростова и др.

до весьма симпатичных, много обещавших результатов. Прекрасному началу, к великому сожалению и к громадному ущербу для русского искусства, не суждено было идти к дальнейшему развитию до полного расцвета»[10]. Похожих взглядов придерживался и Н.В. Султанов, подчёркивая, что «русский стиль [в допетровскую эпоху. – И.П.

] не успел ещё совершенно развиться и оставлен нам в зародыше»[11].

Сегодня вряд ли позволительно солидаризироваться с такой интерпретацией, игнорируя при оценке деятельности архитекторов второй половины XIX века факт сознательного воспроизведения ими форм, рождённых иной, весьма давней эпохой.

С позиций современной истории архитектуры, «московско-ярославские» стилизации времени Александра III невозможно считать органичным продолжением допетровского зодчества. Очевидно, что здесь мы имеем дело с неостилем, таким же, как неоготика, неоренессанс, необарокко и т.п.

Поэтому гораздо более обоснованным видится применение в данном случае термина «неорусский стиль».

Единственное аргументированное (т.е. не сводившееся к требованию элементарно чтить обычаи отечественного искусствознания) возражение против этого предложение, которое мне довелось услышать, заключалось в указании на то, что каждый неостиль предполагает наличие, так сказать, «первостиля»[12].

В самом деле, по такому принципу ведь образованы наименования необарокко, неорококо или неоклассицизма. Наш неорусский стиль, разумеется, не имел перед собой столь несомненного в своей идейно-формальной определённости стиля-прототипа.

Более того, позднесредневековая архитектура, на которую он ориентировался, развивалась вне стилевых категорий. По мысли Е.И. Кириченко, этап стиля в истории отечественного зодчества начинается с приходом на русскую почву классицизма.

В предшествующие десятилетия можно говорить о сложном по своей структуре процессе, когда «стилевая архитектура постепенно замещает и вытесняет архитектуру органического типа»[13].

Но уникальна ли ситуация, при которой образцом для неостиля становится средневековая архитектура? Вовсе нет, достаточно вспомнить о неоготике и о том, что готическое искусство средневековой Европы также не осмысливалось его творцами в качестве целостной стилевой системы и даже не имело общепринятого имени, родившегося постфактум[14].

Словосочетание «готический стиль» модернизирует означаемый им предмет.

То же можно сказать о неовизантийском стиле, разновременные прообразы которого затруднительно считать принадлежащими к единому стилю в новоевропейском смысле.

Подобной же модернизацией будет и обобщающее наименование всей позднесредневековой отечественной архитектуры «русским стилем». А последующих её реминисценций, как и говорилось, — «неорусским».

[1] Подробное изложение генеалогии термина см.: Нащокина М.В. Московский модерн. Изд. 3-е, исправ. и доп. СПб., 2011. С. 63 и след.

[2] Лисовский В.Г. Иван Фомин и метаморфозы русской неоклассики. СПб., 2008. С. 135-136.

[3] Новицкий А. Что нужно требовать от современных зданий в русском стиле? // Строитель, 1905, № 9. Стлб. 351-352.

[4] Курбатов В. О русском стиле для современных построек // Зодчий, 1910, № 30. С. 311.

[5] Гидион З. Пространство, время, архитектура / Сокр. пер. с нем. М.В. Леонене, И.Л. Черня. М., 1984. С. 29.

[6] Например, у Б. Бергдолла: Bergdoll, Barry. European Architecture, 1750—1890. Oxford History of Art, 2000.

[7] См.: Горюнов В.С. Эклектика или историзм. К вопросу о терминологии историко-архитектурных исследований // Архитектура эпохи историзма: Традиции и новаторство. Сб. статей международной научной конференции, посвящённой 200-летию со дня рождения архитектора Г. Боссе (1812—1894). СПб., 2012. С. 7—11.

[8] Бурдяло А.В. Необарокко в архитектуре Петербурга. СПб., 2002. С. 15.

[9] В частности, в работах Е.И. Кириченко и В.Г. Лисовского. См.: Кириченко Е.И. Русская архитектура 1830—1910-х годов. М., 1978; её же. Русский стиль. М., 1997; Лисовский В.Г. «Национальный стиль» в архитектуре России. М., 2000.

[10] [Парланд А.А.] Храм Воскресения Христова, сооружённый на месте смертельного поранения в Бозе почившего Императора Александра II на Екатерининском канале в С.-Петербурге. СПб.: Изд, Высочайше утверждённой комиссии по сооружению Храма, 1907. С. 1.

[11] Султанов Н.В. Одна из задач Строительного училища. Цит. по: Савельев Ю.Р. Искусство историзма и государственный заказ. Вторая половины XIX—начало ХХ века. М., 2008. С. 121.

[12] Благодарю за данное замечание Андрея Евгеньевича Ухналёва.

[13] Кириченко Е.И. Архитектурные теории XIX века в России. М., 1986. С. 14.

[14] См.: Базен Ж. История истории искусства. От Вазари до наших дней / Пер. с фр. К.А. Чекалова. М., 1995. С. 207.

Источник: https://kelohouse.ru/dom281.html

Псевдорусский стиль. Культура — Путеводитель по Москве

 Основан на использовании традиций древнерусского зодчества и народного искусства, а также ассоциируемых с ними элементов византийской архитектуры.

Русский стиль возник в рамках общеевропейского подъема интереса к национальной архитектуре, и представляет собой интерпретацию и стилизацию русского архитектурного наследия.

Представляя собой искусную стилизацию, русский стиль последовательно сочетался с другими стилями — от архитектурного романтизма первой половины XIX в. до стиля модерн.

Развитие

Одним из первых течений, возникших в рамках псевдорусского стиля, является зародившийся в 1830-е годы «русско-византийский стиль» в архитектуре церквей. Развитию этого направления способствовала весьма широкая правительственная поддержка, поскольку русско-византийский стиль воплощал идею официального православия о преемственности между Византией и Россией.

Для русско-византийской архитектуры характерно заимствование ряда композиционных приёмов и мотивов византийской архитектуры, наиболее ярко воплотившихся в «образцовых проектах» церквей Константина Тона в 1840-е годы. Тоном были возведены Храм Христа Спасителя, Большой Кремлёвский дворец и Оружейная палата в Москве, а также кафедральные соборы в Свеаборге, Ельце (Вознесенский собор), Томске, Ростове-на-Дону и Красноярске.

ГУМ — пример псевдорусского стиля конца XIX в. Stan Shebs, CC BY-SA 3.0

Для другого направления псевдорусского стиля, возникшего под влиянием романтизма и славянофильства, характерны постройки, использующие произвольно истолкованные мотивы древнерусской архитектуры.

Храм Христа Спасителя — пример русско-византийского стиля Alex Zelenko, CC BY-SA 3.0

В рамках данного направления были возведены многие постройки Алексея Горностаева. Ярким примером этого направления является построенная в Москве на Девичьем поле деревянная «Погодинская изба» Николая Никитина.

Развитие в конце XIX века

В начале 1870-х годов народнические идеи пробудили в художественных кругах повышенный интерес к народной культуре, крестьянскому зодчеству и русской архитектуре XVI—XVII вв.

Одними из самых ярких построек псевдорусского стиля 1870-х годов стали «Терем» Ивана Ропета в Абрамцеве под Москвой (1873) и типография Мамонтова в Москве, построенная Виктором Гартманом (1872).

Это направление, активно пропагандировавшееся известным художественным критиком Владимиром Стасовым, распространилось вначале в архитектуре деревянных выставочных павильонов и небольших городских домов, а затем в монументальном каменном зодчестве.

Дом Игумнова (1888–95)— один из наиболее ярких образцов стиля   NVO, CC BY-SA 3.0

К началу 1880-х гг. «ропетовщину» сменило новое официальное направление псевдорусского стиля, почти буквально копировавшее декоративные мотивы русской архитектуры XVII в.

В рамках данного направления здания, построенные, как правило, из кирпича или белого камня, стали обильно декорироваться в традициях русского народного зодчества.

Для этой архитектуры характерны «пузатые» колонны, низкие сводчатые потолки, узкие окна-бойницы, теремообразные крыши, фрески с растительными орнаментами, использование многоцветных изразцов и массивной ковки.

В рамках данного направления были возведены Верхние торговые ряды (ныне здание ГУМа, 1890—1893, архитектор Александр Померанцев), здание Исторического музея (1875—1881, архитектор Владимир Шервуд), завершившие ансамбль Красной площади в Москве, и Саввинское подворье архитектора Ивана Кузнецова.

Развитие в начале XX века

В начале XX века получает развитие «неорусский стиль». В поисках монументальной простоты архитекторы обратились к древним памятникам Новгорода и Пскова и к традициям зодчества русского Севера. На сооружениях этого направления иногда лежит отпечаток стилизации в духе северного модерна.

В Санкт-Петербурге «неорусский стиль» нашёл применение главным образом в церковных постройках Владимира Александровича Покровского, Степана Кричинского, Андрея Петровича Аплаксина, Германа Гримма, хотя в этом же стиле строились и некоторые доходные дома (характерный пример — дом Купермана, построенный архитектором А. Л.

Читайте также:  Большой драматический театр в санкт-петербурге, бдт в петербурге

 Лишневским на Плуталовой улице).

Любопытным образцом неорусского стиля (с оттенком модерна) является Церковь Спаса Нерукотворного Образа в Клязьме, построенная в честь 300-летия Романовых архитектором В. И. Мотылёвым по рисунку С. И. Вашкова (1879—1914), ученика Васнецова, в 1913—1916-е годы.

Историками архитектуры высказывалось мнение, что неорусский стиль стоит ближе к модерну, чем к эклектике, и этим отличается от «псевдорусского стиля» в его традиционном понимании.

Источник: https://moscow.drugiegoroda.ru/culture/20942-psevdorusskij-stil/

• Псевдорусский стиль • — 10 Октября 2016 — Провидѣніе

  • Русский стиль
  • Терминология
  • Развитие
  • Развитие в конце XIX в
  • Развитие в начале XX в
  • Особенности появления
  • Характерные черты
  • Заключение
  • Иллюстрации
  • Примечания
  • Литература
  • Помочь, проекту «Провидѣніе»
  • Русский стиль (в том числе «псевдорусский», «неорусский», «ложнорусский») — архитектурный стиль XIX и начала XX века, синтез традиций древнерусского и русского деревянного зодчества, а также элементов византийской архитектуры.

    Русский стиль — условное общее наименование нескольких различных по своим идейным истокам эклектических направлений в русской архитектуре XIX — начала XX веков, основанное на использовании традиций древнерусского зодчества и народного искусства, а также ассоциируемых с ними элементов византийской архитектуры.[1][2]

    Русский стиль возник в рамках общеевропейского подъема интереса к национальной архитектуре, и представляет собой интерпретацию и стилизацию русского архитектурного наследия. Представляя собой искусную стилизацию, русский стиль последовательно сочетался с другими стилями — от архитектурного романтизма первой половины XIX в. до стиля модерн.

  • В начало
  • Термины, обозначающие направление в русской архитектуре второй половины XIX — начала XX веков, связанное с поиском самобытного национального стиля, до сих пор неточны, а отдельные явления, существовавшие в рамках этого направления, не дифференцированы[3].

    Появившееся в начале XIX века наименование «русско-византийский стиль», которое чаще сокращалось современниками до «византийского стиля», обозначало такие различные образцы национально ориентированной архитектуры, как «тоновская архитектура» (по К. А. Тону), не имеющая ничего общего с византийскими прототипами, и, например, сооружения, подражающие образцам кавказской и балканской архитектуры[4].

    Появившийся во второй половине XIX века термин «русский стиль» объединял ещё более разнородные явления — от небольших придворных загородных сооружений 1830-х годов в «пейзанском стиле», идеализирующем быт крестьянства, до массовых деревянных парковых построек и выставочных павильонов 1870-х годов, а также крупных общественных зданий 1880-х годов[5]

    В начале XX века вся совокупность явлений в архитектуре XIX века, связанная с поисками русской национальной самобытности, стала называться «псевдорусский стиль» (термин В. Я.

    Курбатова) — в противоположность «неорусскому стилю».

    Наряду с определением «псевдорусский», уже имеющим оценочный характер, для обозначения тех же явлений стало употребляться и название с ещё более отрицательным оттенком — «ложнорусский стиль»[6][7][8].

    Вопрос о генезисе «неорусского стиля» (другое название — новорусский) является спорным. Е. И. Кириченко, А. В. Иконников и ряд других авторов рассматривают неорусский стиль как «направление», «вариант» или «национально-романтическую ветвь» модерна[9][10][11][8].

    По мнению Д. В. Сарабьянова, неорусский стиль существовал как вариант внутри модерна, хотя и делал попытки обрести самостоятельность[12]. М. В. Нащокина и Е. А. Борисова считают, что неорусский стиль и модерн отождествлять нельзя[13][14]. Е. И.

    Кириченко разграничивает неорусский стиль, как направление модерна, и русский стиль, как одно из архитектурных течений эклектики, на уровне различий трактовки архитекторами образцов отечественной архитектуры и применяемых ими методов формообразования:
    Д. В.

    Сарабьянов считает, что исследователи архитектуры справедливо разделяют русский и неорусский стили: «Действительно, граница между ними — это линия, разделяющая эклектику и модерн»[16].

  • В начало
  • Одним из первых течений, возникших в рамках псевдорусского стиля, является зародившийся в 1830-е годы «русско-византийский стиль» в архитектуре церквей. Развитию этого направления способствовала весьма широкая правительственная поддержка, поскольку русско-византийский стиль воплощал идею официального православия о преемственности между Византией и Россией.

    Для русско-византийской архитектуры характерно заимствование ряда композиционных приёмов и мотивов византийской архитектуры, наиболее ярко воплотившихся в «образцовых проектах» церквей Константина Тона в 1840-е годы.

    Тоном были возведены Храм Христа Спасителя, Большой Кремлёвский дворец и Оружейная палата в Москве, а также кафедральные соборы в Свеаборге, Ельце (Вознесенский собор), Томске, Ростове-на-Дону и Красноярске.

    Для другого направления псевдорусского стиля, возникшего под влиянием романтизма и славянофильства, характерны постройки, использующие произвольно истолкованные мотивы древнерусской архитектуры.

    В рамках данного направления были возведены многие постройки Алексея Горностаева. Ярким примером этого направления является построенная в Москве на Девичьем поле деревянная «Погодинская изба» Николая Никитина.

  • В начало
  • В начале 1870-х годов народнические идеи пробудили в художественных кругах повышенный интерес к народной культуре, крестьянскому зодчеству и русской архитектуре XVI—XVII вв. Одними из самых ярких построек псевдорусского стиля 1870-х годов стали «Терем» Ивана Ропета в Абрамцеве под Москвой (1873) и типография Мамонтова в Москве, построенная Виктором Гартманом (1872).

    Это направление, активно пропагандировавшееся известным художественным критиком Владимиром Стасовым, распространилось вначале в архитектуре деревянных выставочных павильонов и небольших городских домов, а затем в монументальном каменном зодчестве.

    ГУМ — пример псевдорусского стиля конца XIX в.

    Дом Игумнова (1888—1895) в Москве — один из наиболее ярких образцов стиля К началу 1880-х гг. «ропетовщину» сменило новое официальное направление псевдорусского стиля, почти буквально копировавшее декоративные мотивы русской архитектуры XVII в.

    В рамках данного направления здания, построенные, как правило, из кирпича или белого камня, стали обильно декорироваться в традициях русского народного зодчества. Для этой архитектуры характерны «пузатые» колонны, низкие сводчатые потолки, узкие окна-бойницы, теремообразные крыши, фрески с растительными орнаментами, использование многоцветных изразцов и массивной ковки.

    В рамках данного направления были возведены Верхние торговые ряды (ныне здание ГУМа, 1890—1893, архитектор Александр Померанцев), здание Исторического музея (1875—1881, архитектор Владимир Шервуд), завершившие ансамбль Красной площади в Москве, и Саввинское подворье архитектора Ивана Кузнецова.

  • В начало
  • В начале XX века получает развитие «неорусский стиль». В поисках монументальной простоты архитекторы обратились к древним памятникам Новгорода и Пскова и к традициям зодчества русского Севера. На сооружениях этого направления иногда лежит отпечаток стилизации в духе северного модерна.

    В Санкт-Петербурге «неорусский стиль» нашёл применение главным образом в церковных постройках Владимира Александровича Покровского, Степана Кричинского, Андрея Петровича Аплаксина, Германа Гримма, хотя в этом же стиле строились и некоторые доходные дома (характерный пример — дом Купермана, построенный архитектором А. Л. Лишневским на Плуталовой улице).

    Любопытным образцом неорусского стиля (с чертами модерна) является Церковь Спаса Нерукотворного Образа в Клязьме, построенная в честь 300-летия Романовых архитектором В. И. Мотылёвым по рисунку С. И. Вашкова (1879—1914), ученика Васнецова, в 1913—1916 годы.

    Историками архитектуры высказывалось мнение, что неорусский стиль стоит ближе к модерну, чем к эклектике, и этим отличается от «псевдорусского стиля» в его традиционном понимании.[17]

  • В начало
  • Как и в любой другой стране, в России был период заимствования. Различные мотивы и течения перенимались у Европы, восточных государств и Запада. И настало время нехватки национальных элементов.

    Поэтому псевдорусский стиль в России, равно как его появление, можно считать закономерным. Особенности данного архитектурного направления заключаются во многом. Преобладающие цвета – бежевый, белый и красный.

    Можно отметить и способности стиля к слиянию. Не было четких разграничений. Он легко сочетался со многими другими стилями, например готикой, псевдоготикой или модерном.

  • В начало
  • Псевдорусский стиль в архитектуре имеет свои отличия, по которым его определяют. Характерные черты можно просмотреть в таблице.

    Очень часто при строительстве использовался декор крыши в виде крутящегося петушка или флага. Многие здания в России, дошедшие до современности, подходят к описанию и характерным чертам псевдорусского стиля.

  • В начало
  • В начале 20 века псевдорусский стиль и тяга к соответствующему строительству постепенно начинают угасать. Фасады многих зданий со всеми башенками, высокой кровлей, частыми небольшими окнами перестают подходить для архитектурного и административного назначения строений.

    К примеру, Большие залы в Думе, возводящиеся во время господства направления, уже строятся при использовании новых достижений как в архитектуре, так и в технологиях (применение оборудования, больших машин).

    Потребности современных зданий не соответствую псевдорусскому стилю. Назначения архитектуры обновляются. А стиль уходит в прошлое, оставляя за собой множество памятников и уникальных строений. http://fb.ru/

  • В начало
  • Особняк Щукина в Москве, ныне — Государственный биологический музей имени К. А. Тимирязева.

    Усадьба Локалова в селе Великом Ярославской области — пример состояния ценного памятника псевдорусского стиля в провинции.

    Дом братьев Степановых в Челябинске

    Государственный мемориальный музей А. В. Суворова в Санкт-Петербурге. Здание построено специально для музея, стилизовано под русскую крепость.

    Погодинская изба в Москве

    Ярославский вокзал в Москве — сочетание псевдорусской архитектуры с приёмами модерна.

    Свято-Георгиевский храм (Бобруйск)

    Псевдорусский стиль требовал соответствующего наполнения интерьеров. Садко Михаила Врубеля — выдающийся пример майоликовой скульптуры, сочетающей русские мотивы и художественные поиски модерна.

    Храм Христа Спасителя — пример русско-византийского стиля

    Дом Перцовой в Москве напротив Храма Христа Спасителя — пример сочетания псевдорусского стиля с архитектурой модерна.

    Церковь Спаса Нерукотворного в усадьбе Абрамцево, Московская область.

    ГУМ — пример псевдорусского стиля конца XIX в.

    Дом Игумнова (1888—1895) в Москве — один из наиболее ярких образцов стиля

    Николо-Александровский храм в Санкт-Петербурге, арх. С. С. Кричинский, построен в 1913—1915, взорван в 1932 году. Фото 1915 года.

    Дом Купермана в Санкт-Петербурге (Чкаловский проспект, 31 / Плуталова улица, 2, арх. А. Л. Лишневский).

  • В начало
  • 1. ↑ Русский стиль 2. ↑ Псевдорусский стиль — статья из Большой советской энциклопедии. 3. ↑ Борисова, 1979, с. 220. 4. ↑ Борисова, Каждан, 1971, с. 220. 5. ↑ Борисова, 1979, с. 122, 220. 6. ↑ Борисова, 1979, с. 221. 7. ↑ Курбатов, 1910, с. 311. 8. ↑ Перейти к: 1 2 Печенкин И. Е. К вопросу об истоках неорусского стиля в архитектуре второй половины XIX века // Архитектурное наследство. — СПб: Коло, 2014. — Вып. 60. — С. 241—251. 9. ↑ Кириченко, 1978, с. 328. 10. ↑ Иконников А. В. Архитектура XX века. Утопии и реальность. — Прогресс-Традиция, 2001. — Т. I. — С. 147. — 656 с. — 3000 экз. — ISBN 5-89826-096-X. 11. ↑ Иконников А. В. Архитектура Москвы ХХ век. — Московский рабочий, 1984. — С. 26. — 222 с. 12. ↑ Сарабьянов Д. В. История русского искусства конца XIX — начала XX века. — М.: Изд-во МГУ, 1993. — С. 286. — 321 с. 13. ↑ Нащокина М. В. Московский модерн. — 3-е изд. — СПб.: Коло, 2011. — С. 19, 66. — 792 с. — 1250 экз. — ISBN 978-5-901841-65-5. 14. ↑ Борисова, Каждан, 1971, с. 143. 15. ↑ Фёдор Шехтель и эпоха модерна / сост. Клименко С. В. — М.: Архитектура-С, 2009. — С. 45. — 248 с. — ISBN 978-5-9647-0184-2. 16. ↑ Сарабьянов Д. В. Россия и Запад. Историко-художественные связи. XVIII — начало ХХ века. — М.: Искусство — XXI век, 2003. — С. 218. — 296 с. — ISBN 5-98051-007-9.

    17. ↑ История Санкт-Петербурга XVIII—XX вв. Стиль модерн в архитектуре Петербурга. Часть III — Заключение

  • В начало
  • • Ильин М. А., Борисова Е. А. Архитектура [2-й пол. 19 в.] // История русского искусства, т. 9, книга 2. — М., 1965. • Кириченко Е. И. Архитектура 2-й половины 19 — нач. 20 вв. // Краткая художественная энциклопедия. Искусство стран и народов мира, т. 3. — М., 1971. • Кириченко Е.И. Русский стиль : Поиски выражения нац. самобытности. Народность и национальность. Традиции древнерусского и народного искусства в русском искусстве XVIII-нач. XX в. М. : Галарт : АСТ, Б. г. (1997). Кириченко Е. И. Русская архитектора 1830 — 1910-х годов. — М.: Искусство, 1978. — 399 с. • Борисова Е. А., Каждан Т. П. Русская архитектура конца XIX — начала XX века. — М.: Наука, 1971. • Борисова Е. А. Русская архитектура второй половины XIX века. — М.: Наука, 1979. — 320 с. • Бицадзе Н. В. Храмы неорусского стиля: Идеи, проблемы, заказчики / Министерство культуры РФ; Российский институт культурологии. — М.: Научный мир, 2009. — 368 с., ил. — 1000 экз. — ISBN 978-5-91522-078-1. • Борисова Е. А. Архитектура в творчестве художников Абрамцевского кружка: (У истоков «нерусского стиля») // Отв. Стернин Г. Ю. Художественные процессы в русской культуре второй половины XIX века. — М.: Наука, 1984. — С. 137—182. • Курбатов В. Я. О русском стиле для современных построек // Зодчий. — 1910. — № 30. — С. 311.

    • Марина Воронежская. Русский стиль в архитектуре // Собственник, 25 января 2007.

  • В начало
  • Помочь, проекту Провидѣніе © 2009, Вы, можете, оказав перечислив небольшой благодарственный платёж на:

    Яндекс-кошелёк — 41001400500447

    Сбербанк России — 42307810967103770360

    Действительны только эти реквизиты

    С ув., автор проекта providenie.narod.ru

    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Застолби свой ник!

    Источник: http://providenie.narod2.ru/news/268/2016-10-10-284

    Ссылка на основную публикацию