Литературный салон одоевского в санкт-петербурге

Светские салоны XIX века в Санкт-Петербурге

Чем заняться вечером, если вы — русский дворянин первой половины XIX века, к тому же холостой? Можно отправиться в театр или на бал, но на первый вам понадобится абонемент, а второе случается не так уж часто, как хотелось бы. Лучше всего пойти в какой-нибудь из светских салонов — как это делала культурная интеллигенция и известные гости Санкт-Петербурга. «Культура.РФ» представляет гид по знаменитым салонам XIX века.

Как выбрать правильный салон?

Владимир Маковский. Литературное чтение (фрагмент). 1866. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Если вы уже известный писатель или поэт, то вашим выбором, вероятно, будет прием у какого-нибудь влиятельного чиновника.

Например, в доме директора Публичной библиотеки и президента Академии художеств, должность эту в начале XIX века занимал Алексей Николаевич Оленин.

Особое внимание стоит обратить на хозяина салона, который слывет знатным меценатом и содержит дачу где-нибудь под Петербургом, например с характерным названием «Приютино». О ней вы, вероятно, уже слышали как о «приюте русских поэтов».

Там вы получите собственную комнату и будете полностью свободны в выборе досуга: сможете гулять, кататься верхом, петь, плясать, участвовать в ярмарках и, конечно же, любоваться природой. Как Василий Жуковский, Александр Грибоедов, Александр Пушкин или Константин Батюшков.

А Ивану Крылову в приютинском парке отведена личная беседка, куда его буквально запирают, чтобы заставить работать. В этой «Крыловской келье» и были написаны многие его знаменитые басни.

Если вы литературную карьеру только начинаете, немного не уверены в себе и, быть может, совсем не владеете иностранными языками, поезжайте к Карамзиным: в красной гостиной с соломенными креслами вы познаете домашний уют и сможете отведать горячего чаю из самовара, заваренного барышней, сыграть в карты и попрактиковать родную речь.

У Карамзиных вы поймете, что действительно правят бал в великосветском обществе женщины: умные, красивые, талантливые. Выбирать салон, проводимый женщиной, можно по самым разным критериям.

Если умные мысли и вдохновение приходят к вам лишь в ночное время, а сон, по вашему мнению, для слабых духом, то поезжайте к Евдокии Голицыной, которую называют «принцессой ночи» за страх умереть в это время суток.

Здесь вы встретите Петра Вяземского, Василия Жуковского, Константина Батюшкова, в беседе с которыми ночь пролетит незаметно.

Если гуманитарные темы вас не увлекают, отличным собеседником станет сама Евдокия Ивановна: она неплохо разбирается в высшей математике и метафизике. А в 1835 году под руководством профессора Михаила Остроградского даже выпустила сочинение на французском языке «Анализ силы».

Адреса:

• Дома Оленина: 1793–1813 — набережная реки Фонтанки, 10; 1813 — осень 1819 года — набережная реки Фонтанки, 97; осень 1819 — осень 1827 года — набережная реки Мойки, 67. Дача Приютино: город Всеволожск.
• Дом Евдокии Голицыной: ул. Миллионная, 32.
• Дом Карамзиных: набережная реки Фонтанки, 25.

Действуйте во имя своей карьеры

Григорий Мясоедов. Пушкин и его друзья слушают декламацию Мицкевича в салоне княгини Зинаиды Волконской (фрагмент). 1899–1905. Всероссийский музей А.С. Пушкина, Санкт-Петербург

Используйте дружбу с хозяйками и хозяевами салонов по максимуму.

Если Алексей Оленин любит украшать стены своей дачи картинами, предложите ему лучшие из своих работ, как это делали Орест Кипренский, братья Брюлловы и Сильвестр Щедрин.

Вы музыкант и хотите услышать мнение о своем новом творении? Отправляйтесь в салон князя Владимира Одоевского: почти все известные зарубежные исполнители, дирижеры, композиторы, будучи проездом в Петербурге, посещают его: Роберт и Клара Шуман, Ференц Лист, Гектор Берлиоз и другие.

Александр Грибоедов впервые представил публике комедию «Горе от ума» в салоне уже знакомой вам Евдокии Голицыной в 1825 году. А вот Михаил Лермонтов и Николай Гоголь считали, что нет места, более подходящего для презентации произведений, чем салон Карамзиных.

Именно там они впервые читали «Демона» и «Мертвые души». Там же и делились своими мыслями в альбомах барышень — только с их личного разрешения или просьбы.

Так, Лермонтов писал в 1841 году в альбоме уже 39-летней Софьи Карамзиной, дочери Николая Карамзина от первого брака:

Или в альбоме Евдокии Ростопчиной в том же году:

Если вы остро чувствуете призвание к литературе и испытываете потребность целенаправленно и упорно работать, не расточая время на комплименты дамам, отправляйтесь в исключительно мужской салон Василия Жуковского — известного наставника молодежи и душеприказчика Пушкина.

Здесь вы встретите Николая Гнедича, Петра Вяземского и видного сановника, реформатора Михаила Сперанского с уже известным вам Алексеем Олениным.

Кроме того, если Жуковский распознает в вас талант и проникнется к вам симпатией, то, вероятно, сделает все, чтобы уберечь от царского гнева, если вдруг вы станете писать оппозиционные стихи.

Адреса:

• Дома Одоевского: 1826–1838 — Мошков переулок, 1; 1838–1841 — набережная реки Фонтанки, 35.
• Дом Василия Андреевича Жуковского: ул. Миллионная, 35.

Будьте готовы влюбляться и грустить

Григорий Мясоедов. В салоне Зинаиды Волконской (фрагмент). 1907. Всероссийский музей А.С. Пушкина, Санкт-Петербург

Особенно если вы подвержены впечатлительности и в любви ищете вдохновение, подобно Пушкину или Батюшкову.

Загляните в салон Евдокии Голицыной в 1817 году — и вы увидите, что у ног ее — 18-летний Пушкин, о котором Карамзин пишет не без иронии: «Поэт Пушкин у нас в доме смертельно влюбился в Пифию Голицыну и теперь уже проводит у нее вечера: лжет от любви, сердится от любви, только еще не пишет от любви…»

Будучи у Алексея Оленина, обратите внимание на его воспитанницу Анну Фурман: именно в нее сначала влюбился переводчик Гомера Николай Гнедич, а затем и сам Константин Батюшков, написавший о ней одно из своих самых известных стихотворений:

Однако будьте осторожны с хозяйкой литературного салона Зинаидой Волконской, когда она возвращается в Петербург из Москвы: будь вы трижды Адам Мицкевич, вы все равно останетесь ей, уже вдове, лишь другом. Даже молодой и пылкий поэт Дмитрий Веневитинов так и не смог добиться ее расположения.

Сдержанному восхищению в отношениях с женщинами, по крайней мере внешнему, вас научит Михаил Лермонтов. Свое признание Александре Смирновой-Россет — блистательной хозяйке салона — он выражает мягко, почтительно и немного ностальгически:

Адреса:

Дом Смирновой-Россет: Литейный проспект, 48.

Источник: https://www.culture.ru/materials/196411/gid-po-svetskim-salonam-sankt-peterburga-xix-veka

Гид по светским салонам Санкт-Петербурга XIX века

Чем заняться вечером, если вы — русский дворянин первой половины XIX века, к тому же холостой? Можно отправиться в театр или на бал, но на первый вам понадобится абонемент, а второе случается не так уж часто, как хотелось бы. Лучше всего пойти в какой-нибудь из светских салонов — как это делала культурная интеллигенция и известные гости Санкт-Петербурга. 

Владимир Маковский. Литературное чтение (фрагмент). 1866. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Если вы уже известный писатель или поэт, то вашим выбором, вероятно, будет прием у какого-нибудь влиятельного чиновника. Например, в доме директора Публичной библиотеки и президента Академии художеств. Должность эту в начале XIX века занимал Алексей Николаевич Оленин.

Особое внимание стоит обратить на хозяина салона, который слывет знатным меценатом и содержит дачу где-нибудь под Петербургом, например с характерным названием «Приютино». О ней вы, вероятно, уже слышали как о «приюте русских поэтов».

Там вы получите собственную комнату и будете полностью свободны в выборе досуга: сможете гулять, кататься верхом, петь, плясать, участвовать в ярмарках и, конечно же, любоваться природой. Как это делали Василий Жуковский, Александр Грибоедов, Александр Пушкин или Константин Батюшков.

  А Ивану Крылову в приютинском парке отведена личная беседка, куда его буквально запирают, чтобы заставить работать. В этой «Крыловской келье» и были написаны многие знаменитые басни.

Если вы литературную карьеру только начинаете, немного не уверены в себе и, быть может, совсем не владеете иностранными языками, поезжайте к Карамзиным: в красной гостиной с соломенными креслами вы познаете домашний уют и сможете отведать горячего чаю из самовара, заваренного барышней, сыграть в карты и попрактиковать родную речь. 

У Карамзиных вы поймете, что действительно правят бал в великосветском обществе женщины: умные, красивые, талантливые.

Выбирать салон, проводимый женщиной, можно по самым разным критериям. Если умные мысли и вдохновение приходят к вам лишь в ночное время, а сон, по вашему мнению, для слабых духом, то поезжайте к Евдокии Голицыной, которую называют «принцессой ночи» за страх умереть в это время суток.

Здесь вы встретите Петра Вяземского, Василия Жуковского, Константина Батюшкова, в беседе с которыми ночь пролетит незаметно. Если гуманитарные темы вас не увлекают, отличным собеседником станет сама Евдокия Ивановна: она неплохо разбирается в высшей математике и метафизике.

А в 1835 году под руководством профессора Михаила Остроградского даже выпустила сочинение на французском языке «Анализ силы».

Адреса:

  • Дома Оленина: 1793–1813 — набережная реки Фонтанки, 10; 1813 — осень 1819 года — набережная реки Фонтанки, 97; осень 1819 — осень 1827 года — набережная реки Мойки, 67. 
  • Дача Приютино: город Всеволожск.
  • Дом Евдокии Голицыной: ул. Миллионная, 32.
  • Дом Карамзиных: набережная реки Фонтанки, 25.

Действуйте во имя своей карьеры

Григорий Мясоедов. Пушкин и его друзья слушают декламацию Мицкевича в салоне княгини Зинаиды Волконской (фрагмент). 1899–1905
Всероссийский музей А.С. Пушкина, Санкт-Петербург

Читайте также:  Петербургские адреса в героев романа «княгиня лиговская»

Используйте дружбу с хозяйками и хозяевами салонов по максимуму. Если Алексей Оленин любит украшать стены своей дачи картинами, предложите ему лучшие из своих работ, как это делали Орест Кипренский, братья Брюлловы и Сильвестр Щедрин.

Вы музыкант и хотите услышать мнение о своем новом творении? Отправляйтесь в салон князя Владимира Одоевского: почти все известные зарубежные исполнители, дирижеры, композиторы, будучи проездом в Петербурге, посещают его: Роберт и Клара Шуман, Ференц Лист, Гектор Берлиоз и другие.

Александр Грибоедов впервые представил публике комедию «Горе от ума» в салоне уже знакомой вам Евдокии Голицыной в 1825 году. А вот Михаил Лермонтов и Николай Гоголь считали, что нет места, более подходящего для презентации произведений, чем салон Карамзиных. Именно там они впервые читали «Демона» и «Мертвые души».

Там же и делились своими мыслями в альбомах барышень — только с их личного разрешения или просьбы.

Так, Лермонтов писал в 1841 году в альбоме уже 39-летней Софьи Карамзиной, дочери Николая Карамзина от первого брака: Или в альбоме Евдокии Ростопчиной в том же году:

Если вы остро чувствуете призвание к литературе и испытываете потребность целенаправленно и упорно работать, не расточая время на комплименты дамам, отправляйтесь в исключительно мужской салон Василия Жуковского — известного наставника молодежи и душеприказчика Пушкина. Здесь вы встретите Николая Гнедича, Петра Вяземского и видного сановника, реформатора Михаила Сперанского с уже известным вам Алексеем Олениным. Кроме того, если Жуковский распознает в вас талант и проникнется к вам симпатией, то, вероятно, сделает все, чтобы уберечь от царского гнева, если вдруг вы станете писать оппозиционные стихи. 

Адреса:

  • Дома Одоевского: 1826–1838 — Мошков переулок, 1; 1838–1841 — набережная реки Фонтанки, 35.
  • Дом Василия Андреевича Жуковского: ул. Миллионная, 35.

Будьте готовы влюбляться и грустить

Григорий Мясоедов. В салоне Зинаиды Волконской (фрагмент). 1907. Всероссийский музей А.С. Пушкина, Санкт-Петербург

Особенно если вы подвержены впечатлительности и в любви ищете вдохновение, подобно Пушкину или Батюшкову.

Загляните в салон Евдокии Голицыной в 1817 году — и вы увидите, что у ног ее — 18-летний Пушкин, о котором Карамзин пишет не без иронии: «Поэт Пушкин у нас в доме смертельно влюбился в Пифию Голицыну и теперь уже проводит у нее вечера: лжет от любви, сердится от любви, только еще не пишет от любви…» 

Будучи у Алексея Оленина, обратите внимание на его воспитанницу Анну Фурман: именно в нее сначала влюбился переводчик Гомера Николай Гнедич, а затем и сам Константин Батюшков, написавший о ней одно из своих самых известных стихотворений:

Однако будьте осторожны с хозяйкой литературного салона Зинаидой Волконской, когда она возвращается в Петербург из Москвы: будь вы трижды Адам Мицкевич, вы все равно останетесь ей, уже вдове, лишь другом. Даже молодой и пылкий поэт Дмитрий Веневитинов так и не смог добиться ее расположения. 

Сдержанному восхищению в отношениях с женщинами, по крайней мере внешнему, вас научит Михаил Лермонтов. Свое признание Александре Смирновой-Россет — блистательной хозяйке салона — он выражает мягко, почтительно и немного ностальгически:
Адреса:

  • Дом Смирновой-Россет: Литейный проспект, 48.

Источник: http://www.izbrannoe.com/news/eto-interesno/gid-po-svetskim-salonam-sankt-peterburga-xix-veka/

Светские салоны Санкт-Петербурга XIX века

Чем заняться вечером, если вы — русский дворянин первой половины XIX века, к тому же холостой? Можно отправиться в театр или на бал, но на первый вам понадобится абонемент, а второе случается не так уж часто, как хотелось бы. Лучше всего пойти в какой-нибудь из светских салонов — как это делала культурная интеллигенция и известные гости Санкт-Петербурга. «Культура.РФ» представляет гид по знаменитым салонам XIX века.

КАК ВЫБРАТЬ ПРАВИЛЬНЫЙ САЛОН?

Если вы уже известный писатель или поэт, то вашим выбором, вероятно, будет прием у какого-нибудь влиятельного чиновника. Например, в доме директора Публичной библиотеки и президента Академии художеств, должность эту в начале XIX века занимал Алексей Николаевич Оленин.

Особое внимание стоит обратить на хозяина салона, который слывет знатным меценатом и содержит дачу где-нибудь под Петербургом, например с характерным названием «Приютино». О ней вы, вероятно, уже слышали как о «приюте русских поэтов».

Там вы получите собственную комнату и будете полностью свободны в выборе досуга: сможете гулять, кататься верхом, петь, плясать, участвовать в ярмарках и, конечно же, любоваться природой. Как Василий Жуковский, Александр Грибоедов, Александр Пушкин или Константин Батюшков.

А Ивану Крылову в приютинском парке отведена личная беседка, куда его буквально запирают, чтобы заставить работать. В этой «Крыловской келье» и были написаны многие его знаменитые басни.

Если вы литературную карьеру только начинаете, немного не уверены в себе и, быть может, совсем не владеете иностранными языками, поезжайте к Карамзиным: в красной гостиной с соломенными креслами вы познаете домашний уют и сможете отведать горячего чаю из самовара, заваренного барышней, сыграть в карты и попрактиковать родную речь.

В гостиной истинно дворянской

Чуждались щегольства речей

И щекотливости мещанской

Журнальных чопорных судей.

Хозяйкой светской и свободной

Был принят слог простонародный…

И новичка-провинциала

Хозяйка спесью не смущала:

Равно для всех она была

Непринужденна и мила…

Александр Пушкин, из черновых набросков к роману «Евгений Онегин»

У Карамзиных вы поймете, что действительно правят бал в великосветском обществе женщины: умные, красивые, талантливые. Выбирать салон, проводимый женщиной, можно по самым разным критериям.

Если умные мысли и вдохновение приходят к вам лишь в ночное время, а сон, по вашему мнению, для слабых духом, то поезжайте к Евдокии Голицыной, которую называют «принцессой ночи» за страх умереть в это время суток.

Здесь вы встретите Петра Вяземского, Василия Жуковского, Константина Батюшкова, в беседе с которыми ночь пролетит незаметно.

Если гуманитарные темы вас не увлекают, отличным собеседником станет сама Евдокия Ивановна: она неплохо разбирается в высшей математике и метафизике.

А в 1835 году под руководством профессора Михаила Остроградского даже выпустила сочинение на французском языке «Анализ силы».

Адреса:

• Дома Оленина: 1793–1813 — набережная реки Фонтанки, 10; 1813 — осень 1819 года — набережная реки Фонтанки, 97; осень 1819 — осень 1827 года — набережная реки Мойки, 67. Дача Приютино: город Всеволожск.

• Дом Евдокии Голицыной: ул. Миллионная, 32.

• Дом Карамзиных: набережная реки Фонтанки, 25.

ДЕЙСТВУЙТЕ ВО ИМЯ СВОЕЙ КАРЬЕРЫ

Используйте дружбу с хозяйками и хозяевами салонов по максимуму. Если Алексей Оленин любит украшать стены своей дачи картинами, предложите ему лучшие из своих работ, как это делали Орест Кипренский, братья Брюлловы и Сильвестр Щедрин.

Вы музыкант и хотите услышать мнение о своем новом творении? Отправляйтесь в салон князя Владимира Одоевского: почти все известные зарубежные исполнители, дирижеры, композиторы, будучи проездом в Петербурге, посещают его: Роберт и Клара Шуман, Ференц Лист, Гектор Берлиоз и другие.

Александр Грибоедов впервые представил публике комедию «Горе от ума» в салоне уже знакомой вам Евдокии Голицыной в 1825 году. А вот Михаил Лермонтов и Николай Гоголь считали, что нет места, более подходящего для презентации произведений, чем салон Карамзиных. Именно там они впервые читали «Демона» и «Мертвые души».

Там же и делились своими мыслями в альбомах барышень — только с их личного разрешения или просьбы. Так, Лермонтов писал в 1841 году в альбоме уже 39-летней Софьи Карамзиной, дочери Николая Карамзина от первого брака:

Люблю я больше год от году,

Желаньям мирным дав простор,

Поутру ясную погоду,

Под вечер тихий разговор,

Люблю я парадоксы ваши

И ха-ха-ха, и хи-хи-хи,

Смирновой штучку; фарсу Саши

И Ишки Мятлева стихи…

Или в альбоме Евдокии Ростопчиной в том же году:

Я верю: под одной звездою

Мы с вами были рождены;

Мы шли дорогою одною,

Нас обманули те же сны.

Если вы остро чувствуете призвание к литературе и испытываете потребность целенаправленно и упорно работать, не расточая время на комплименты дамам, отправляйтесь в исключительно мужской салон Василия Жуковского — известного наставника молодежи и душеприказчика Пушкина.

Здесь вы встретите Николая Гнедича, Петра Вяземского и видного сановника, реформатора Михаила Сперанского с уже известным вам Алексеем Олениным. Кроме того, если Жуковский распознает в вас талант и проникнется к вам симпатией, то, вероятно, сделает все, чтобы уберечь от царского гнева, если вдруг вы станете писать оппозиционные стихи.

Адреса:

• Дома Одоевского: 1826–1838 — Мошков переулок, 1; 1838–1841 — набережная реки Фонтанки, 35.

• Дом Василия Андреевича Жуковского: ул. Миллионная, 35.

БУДЬТЕ ГОТОВЫ ВЛЮБЛЯТЬСЯ И ГРУСТИТЬ

Особенно если вы подвержены впечатлительности и в любви ищете вдохновение, подобно Пушкину или Батюшкову.

Загляните в салон Евдокии Голицыной в 1817 году — и вы увидите, что у ног ее — 18-летний Пушкин, о котором Карамзин пишет не без иронии: «Поэт Пушкин у нас в доме смертельно влюбился в Пифию Голицыну и теперь уже проводит у нее вечера: лжет от любви, сердится от любви, только еще не пишет от любви…»

Будучи у Алексея Оленина, обратите внимание на его воспитанницу Анну Фурман: именно в нее сначала влюбился переводчик Гомера Николай Гнедич, а затем и сам Константин Батюшков, написавший о ней одно из своих самых известных стихотворений:

Я помню голос милых слов,

Я помню очи голубые,

Я помню локоны златые

Небрежно вьющихся власов.

Моей пастушки несравненной

Я помню весь наряд простой,

И образ милый, незабвенный

Повсюду странствует со мной.

Однако будьте осторожны с хозяйкой литературного салона Зинаидой Волконской, когда она возвращается в Петербург из Москвы: будь вы трижды Адам Мицкевич, вы все равно останетесь ей, уже вдове, лишь другом. Даже молодой и пылкий поэт Дмитрий Веневитинов так и не смог добиться ее расположения.

Сдержанному восхищению в отношениях с женщинами, по крайней мере внешнему, вас научит Михаил Лермонтов. Свое признание Александре Смирновой-Россет — блистательной хозяйке салона — он выражает мягко, почтительно и немного ностальгически:

В простосердечии невежды

Короче знать я вас желал,

Но эти сладкие надежды

Теперь я вовсе потерял. Что делать? — речью безыскусной

Ваш ум занять мне не дано…

Всё это было бы смешно,

Когда бы не было так грустно.

1840 год

Адреса:

Дом Смирновой-Россет: Литейный проспект, 48.

Источник: https://weekend.rambler.ru/read/38913674-svetskie-salony-sankt-peterburga-xix-veka/

Типы и виды салонов в России XVIII-XIX вв

Палий Е.Н.

Доктор культурологии,  профессор кафедры, истории мировой культуры, РГУ нефти и газа, им. И.М. Губкина

Типы и виды салонов в России XVIIIXIX вв.

Аннотация

         Салоны конца XVIII – начала XIX веков разделялись на аристократические (салоны И.И. Шувалова, Е.М. Хитрово и пр.) и «демократические», где в состав участников салона входили представители разночинной интеллигенции.

         В своей направленности можно выделить следующие виды салонов: литературные, музыкальные, философские и пр. Однако большинство из них носили смешанный характер: философско-литературный, литературно-музыкальный и др. В салонной культуре огромная роль отводилась хозяину или хозяйке.

Примером таких салонов: салон графа И.И. Шувалова, Е.М. Хитрово и М. Ю. Виельгорского.

Ключевые слова: салон, типы и виды салонов, аристократические и демократические салоны, разночинная интеллигенция граф И.И. Шувалов, Е.М. Хитрово и М. Ю. Виельгорского.

Читайте также:  Богоявленская церковь в санкт-петербурге

Key words: salon, types and forms of salons, aristocratic and democratic salons, Count, E.M. Khitrovo      <\p>

     Салонная культура не изучалась как целостный культурный феномен. Те или иные авторы, как правило, уделяли внимание исследованию конкретных салонов, но мало кто говорил о типах и видах таких салонов.

  Для начала важно определить основания для проведения такой типологизации. На наш взгляд, за основу типологизации следует взять социальный состав участников салона. С этих позиций можно говорить об аристократических и демократических салонах.

     1. Аристократический. В рассматриваемый нами период истории, это преобладающий тип (салоны И.И. Шувалова, Е.М. Хитрово и пр.).

         2. Демократический.

Следует подчеркнуть, что и этот тип салона отражал культуру дворянского слоя, поэтому название «демократический» лишь подчеркивает, что в состав участников салона входили и представители разночинной интеллигенции, что стало характерно в первой половине XIX века (точнее было бы назвать этот тип салона смешанным типом аристократического салона с участием разночинной интеллигенции).

     По своей направленности можно выделять различные виды салонов: литературные, музыкальные, философские и пр. Однако многие из них носили смешанный характер: философско-литературный, литературно-музыкальный и др.

     Кроме того, местоположение салона также играло существенную роль. В связи с этим выделяются следующие виды салонов: столичные, прочие городские и усадебные.

     И, наконец, как уже отмечалось, в салонной культуре огромная роль отводилась хозяину (хозяйке), поэтому конкретный салон всегда носил имя его владельца или владелицы, иногда семьи.

     Остановимся на исследовании салонов XVIII века, одним из которых был салон графа Шувалова.

Салон графа Ивана Ивановича Шувалова

     Первым в истории России литературным салоном, возникшим в Петербурге 50-х годов XVIII в., считают салон графа, генерал-адъютанта и известного политического деятеля своего времени Ивана Ивановича Шувалова (1727-1797).

Зарождение салона Шувалова тесно связана с французской традицией салонной культуры[1]. Образование высших сословий приобретает более светскую, салонно-аристократическую направленность, придворные развлечения все больше ориентируются на Версаль.

В кругах высшего общества начинают распространяться французский язык и французская мода.

     И.И. Шувалов стал одним из наиболее ревностных сторонников этих перемен, являя собой образец вельможи нового времени. Он выписывал из Парижа мебель, одежду, лакеев, литературные и журнальные новинки, жадно ловил новости французской жизни[2]. Неудивительно, что именно у него со временем и возник салон, во многом повторявший формы культурного быта светских кругов французского общества.

     Частым гостем гостиной И.И. Шувалова был М.В. Ломоносов. Было заведено, что последний посылал все свои сочинения на суд И.И. Шувалову, а затем приезжал выслушать его мнение о собственных стихах и заодно наставить юного вельможу в его любительском сочинительстве.

Известно, что в конце 1752 г. Ломоносов учил Шувалова стихосложению. Это обстоятельство не сделало юношу первоклассным поэтом, но все же позволило ему безошибочно разбираться в достоинствах и недостатках сочинений современных авторов.

К его суждениям прислушивались придворные кавалеры, также увлекавшиеся российской словесностью и даже писавшие стихи[3].

Уже тогда в оценках Шувалова проявлялось умение уважать чужое мнение – черта очень важная в характере будущего хозяина салона, которая позволила самым разным по воззрениям, воспитанию и нраву людям уютно чувствовать себя в его гостиной.

     Литературная полемика, которая была в те годы важным явлением общественной жизни, занимала заметное место в этом салоне. Нужно отметить, что и М.В. Ломоносов и русский поэт А.П.

Сумароков отличались резкой запальчивостью в области литературы, а Шувалов, обладая мягким, доброжелательным нравом, стремился примирить спорщиков.

В сфере внимания вельможи находились различные области культурной и просветительской жизни России того времени, в том числе и театр, официально учрежденный в 1756 г. с А.П. Сумароковым во главе[4].

     И.И. Шувалов покровительствовал не только литераторам, но и художникам. Его стараниями в 1757 г. в Петербурге была создана Академия художеств, которую он возглавлял до 1763 г. На первых порах в его особняке была размещена Академия художеств.

Его дом послужил временным приютом для прибывших в 1758 г. из Москвы в Петербург первых 16 пансионеров, отобранных из воспитанников Московского университета. Среди них – известный в  будущем архитектор Иван Старов, а также знаменитый Василий Баженов.

     Дворец Шувалова был известен современникам как богатейшее книжное хранилище. Во многом именно через его хозяина русское общество елизаветинской эпохи знакомилось с новейшими произведениями зарубежных, главным образом, конечно, французских авторов. Сам Иван Иванович всячески поощрял литературно-философские интересы русских вельмож.

            Шуваловский салон не оставляли своим вниманием и царствующие особы. Его неоднократно посещала императрица Елизавета Петровна, часто обедавшая у своего любимца. Екатерина II также удостаивала его своим вниманием.

     В марте 1763 г. Шувалов покидает Россию на долгих четырнадцать лет[5]. Во время отсутствия И.И. Шувалова его особняк все же хранил артистически-художественные традиции жизни своего хозяина. Весной 1769 г.

здесь проходили открытые камерные концерты для любителей музыки, организованные знаменитым премьером итальянской оперы певцом Манфредини. В этих концертах участвовали лучшие певцы и музыканты северной столицы.

     Возвращение И.И. Шувалова из-за границы стало довольно заметным событием в жизни Петербурга[6].

     С 1787 г. И.И. Шувалов окончательно поселился в Петербурге, в своем особняке на Невском проспекте. Именно к 80-90-м годам XVIII в. относится период расцвета шуваловского салона.

В эти годы его хозяин отошел от государственных дел, имел больше свободного времени, кроме того, он уже приобрел опыт общения в блестящих парижских салонах. Присутствие в салоне большого числа французских эмигрантов (бежавших в Россию после Великой французской революции) также вносило элемент обычных для Парижа форм общения.

Немало изменилось и российское высшее общество, которое в гораздо большей степени было уже приобщено к идеям Просвещения и французскому политесу.

     Дом И.И. Шувалова на Невском проспекте стал настоящим образцом вкуса и разумного устройства. В нем размещалась библиотека, доступная для всех, кто желал ею воспользоваться. «Двери там всегда были открыты, и те, кто имели нужду в этом, всегда принимались наилучшим образом», – писал биограф Ивана Ивановича в начале XIX века[7].

     Хозяин салона и в старости был светски безупречен, поддерживал разговор, заинтересованно вникал в подробности событий.

     В салоне Шувалова можно было встретить крупных российских государственных сановников того времени (например, одним из посетителей салона был Ф.И. Янкович, занимавший в 80-90-е годы крупный пост в комиссии о народных училищах[8]).

      Главным интересом посетителей особняка на Невском проспекте оставалась литература. У Шувалова бывали очень многие писатели и поэты того времени. К нему заходил и известный ревнитель чистоты русского языка адмирал А.С. Шишков, обладавший незаурядным даром рассказчика.

     Таким образом, можно сделать вывод, что шуваловские вечера отражали многие наиболее значительные явления общественно-культурной жизни России того времени, кроме, пожалуй, увлечения русского общества масонскими движениями.

Во многом это объясняется тем, что сам Шувалов не имел наклонностей к мистицизму, считал его «суетным и ненужным».

Шувалов соединял в себе характерные для эпохи вольтерьянство, некоторое вольнодумство и набожность, особенно проявившуюся в последние годы жизни.

     Еще одним из аристократических салонов, но уже более позднего периода – первой половины XIX века – был салон Е.М. Хитрово.

Салон Елизаветы Михайловны Хитрово

     В петербургском обществе в подражание обществу парижскому появились дамы высшего круга, которые отличались в свете своей роскошью, красотой, положением и умом. Примером типичного великосветского салона может служить салон Елизаветы Михайловны Хитрово, урожденной Кутузовой[1].

     По отзывам современника В.А. Соллогуба, салон Елизаветы Михайловны был самой оживленной, эклектичной петербургской гостиной.

Сама Елизавета Михайловна обладала в высшей степени светскостью, приветливостью, изысканной и той всепрощающей добротой, которая только встречается в настоящих больших барынях[9]. Словом «эклектизм» Соллогуб выражает то же, что, гораздо точнее, в другом месте говорит П.А.

Вяземский о салоне графини Фикельмон (не отличавшемся от салона Е.М. Хитрово), называя его «европейско-русским» и отмечая, что «в нем и дипломаты, и Пушкин были дома» [10].

      Современники отмечали сердечные качества Елизаветы Михайловны, замечая, что она была друг друзей своих. И не только за своих друзей хлопотала она: к ней обращались и тогда, когда надо было помочь людям, ей незнакомым.

     Живая душа Е.М. Хитрово влеклась ко многим и разнообразным предметам: искусство, политика, философия – всё ее занимало.

К интересам политико-общественным побуждали ее, прежде всего, «семейные традиции» – воспоминание об отце и осознание личной причастности через него к великим национальным событиям начала века. Эту черту в ней признавали и ценили ее современники.

Любимая из пяти дочерей фельдмаршала, похожая на него наружностью, она считала себя по преимуществу его наследницей.

     Патриотическим направлением и преданностью «русской славе», в каких бы формах она ни проявлялась, объясняется отчасти и любовь ее к русской литературе.

Известно о ее дружбе и личном знакомстве с Пушкиным, Вяземским, Жуковским, Козловым, Тургеневым, Сомовым, Соллогубом, Ростопчиной, Лермонтовым, вероятно, Дельвигом, Баратынским.

Читайте также:  Где в санкт-петербурге находились дома героев л.н. толстого?

Это, конечно, далеко не все имена – лишь те, которые сохранились в документах.

     Но не только присутствием в гостиной модных литераторов определялся ее интерес к литературе. Она сама занималась переводом на русский язык малоизвестного английского романа Caroline Lucy Scott «Marriage in High life»[11] и собиралась продавать его «в пользу бедных».

    Нельзя не отметить и то значительное место, которое в ее жизни занимали, по-видимому, церковно-религиозные интересы. Она была женщиной верующей, без оттенка мистического ханжества, распространенного в высшем обществе того периода как в России, так и на Западе.

Источник: https://research-journal.org/hist/tipy-i-vidy-salonov-v-rossii-xviii-xix-vv/

Сергей Степанович и Варвара Ивановна Ланские

tata_cheshuinaСергей Степанович Ланской был родным братом жены Одоевского, в его имениях под Москвой, в Петербурге и в Костроме останавливался Владимир Федорович не один раз. и именно ему принадлежит восстановленная Дача Ланских на проспекте Энгельса (а совсем не Мужу Гончаровой как впаривают вам на рекламных плакатах).П. Борель «Портрет Сергея Степановича Ланского» 1845-1850.

литография.
итак, граф Сергей Степанович Ланской (23.12.1787 Московская губерния — 26.01. 1862 Санкт-Петербург) — «русский государственный деятель, член Государственного совета (1850), министр внутренних дел Российской империи (1855—1861), при императоре Николае I — губернатор во Владимире и Костроме. входил в Остзейский комитет по реформе землевладения в Остзейском крае.

посвящен в масоны в 1810 в петербургской ложе «Соединенных друзей». также член петербургских лож Елизаветы к Добродетели, Александра Золотого Льва, Палестины. Великий надзиратель Великой провинциальной ложи, командор и субпрефект Капитула Феникса. член Верховной Директории. основатель кассы масонской братской взаимной помощи [«Распространивший первые лучи… Н. И.

Новиков и русское масонство XVIII — нач. XIX вв». СПб., 1994. 64 с.]. по характеристике современников Сергей Степанович обладал неистощимой веселостью и природным юмором, увлекался живописью и был душой общества.

жена его, Варвара Ивановна Ланская (ур. Одоевская, 1794-1845) — родная, любимая тетка Владимира Одоевского.

до замужества жила в Москве, в семье опекунши Варвары Александровны Ланской, урожденной Одоевской.  ее переписка с М.А. Волковой («Вестник Европы»», 1874 и 1875) дает богатый материал для характеристики «Грибоедовской Москвы». после замужества была в столице хозяйкой литературного салона, собиравшего многих литераторов и деятелей искусства.

дочь генерал-поручика, князя Ивана Ивановича Одоевского. Варвара Ивановна унаследовала все имения родителей, умерших в 1806-1807 годах.

их дочь, племянница Ольги Степановны, Мария Сергеевна Вревская (1819-1845) была замужем за бароном, генерал-адъютантом Павлом Александровичем Вревским (1809—1855), одним из из внебрачных детей А. Б. Куракина и видным деятелем обороны Севастополя.

и мать, и дочь умерли внезапно от смертельной болезни, о чем сообщал Бутурлин в письме Погодину: «Летом 1845 года были отчаянно больны в Петербурге (и затем обе вскоре померли) Варвара Ивановна Ланская и ее дочь, баронесса Мария Сергеевна Вревская, жившие в одном доме, но в разных этажах» [Письмо М. Д. Бутурлина к М. П. Погодину 19 августа 1874].

летом семья Сергея Степановича жила в подмосковном имении жены Лукино-Варино (ныне Щелковский района), часто у них гостила и чета Одоевских. от родителей Варвары Ивановны им также перешло село Троицкое с деревнями бывшей Гагаринской волости, ныне Костромской области Шарьинского района.

в Петербурге был известен их дом в Мошковом переулке (дом 1 на углу Мошкова и Дворцовой набережной, ныне не сохранился), а также дом на Мойке. недавно на проспекте Энгельса 4 была восстановлена «Мыза Ланская», которой владел Степан Сергеевич Ланской, и где часто гостил Одоевский с женой.

хочу также подчеркнуть, что Наталья Николаевна Гончарова никогда не жила на этой даче, такие сведения — лишь рекламный ход строительной компании!

при Ланских владение это под Петербургом простиралось от Большого Сампсониевского проспекта до набережной Черной речки. с юга оно имело границу по Ланской дороге (Ланское шоссе), а с севера ограничивалось соседним участком.

также настоятельно подчеркиваю, что облик здания, восстановленного сейчас, сложился гораздо позже, в 1905-1906, когда к даче был пристроен двухэтажный объем с кухней в стиле модерн (фирма «Бодо Эгесторф и Ко»).мыза Ланских под Петербургом, 1910-е гг.

подмосковное имение перешло Ланским от родителей Варвары Ивановны, так как в возрасте шестнадцати лет она осталась единственной наследницей всех имений своих родителей. второе название Лукино-Варино приобрело именно благодаря имени его новой владелицы, Варвары.Варвара Ивановна была дамой блестящего ума, окончила Институт благородных девиц, составила меткие записки о грибоедовской Москве.

а в 1811 году, вместе с семьей Ланских переехала в Петербург, где в 1825 г. вышла замуж за племянника своего благодетеля Д.С. Ланского — Сергея Степановича Ланского.живя с мужем в Петербурге, Варвара Ивановна была хозяйкой литературного салона, который посещали В.Л. Пушкин, И.И. Дмитриев, В.А. Жуковский, П.А. Вяземский, А.С. Пушкин, В.Ф. Одоевский, С.А.

Соболевский и другие видные литературные деятели.в усадьбе Лукино-Варино, где Ланские проводили каждое лето, также бывало блестящее общество. в альбоме Варвары Ивановны Ланской, хранящемся в ЦГАЛИ в Москве, имеются посвященные хозяйке стихотворения В.А. Жуковского, П.А. Вяземского, В.Ф. Одоевского с припиской «Варино», что подтверждает их пребывание в усадьбе в 1820-е годы.

хозяева перестроили в начале XIX века большой двухэтажный каменный дом, а старый, деревянный, стоявший в парке, приспособил под домашний театр. в нем разыгрывались небольшие пьесы и водевили с участием хозяев, гостей и дворовых людей. в парке устраивались гулянья с музыкой и иллюминацией, крестьянские девушки и парни водили хороводы, пели песни, плясали, развлекая хозяев и гостей.

днем гости гуляли по окрестностям, катались на лодках, играли в городки и лапту.известно, что помимо театра чета Ланских увлекалась и живописью — в Петербурге они брали уроки рисования у Ореста Адамовича Кипренского; в доме Ланских часто бывали художники А.О. Орловский, П.Ф. Соколов, Я.Я. Рейхель. также Варвара Ивановна не была лишена литературных способностей: в 1847 г.

вышли в свет переведенные ею на французский язык «Беседы митрополита Филарета по освящении храма Пресвятой Богородицы Взыскательницы559 погибших», состоявшегося при тюрьме пересыльных арестантов 23 декабря 1843 г. в Москве.Сергей Степанович Ланской. из «Главные деятели освобождения крестьянства» [Под ред. С.А.Венгерова. СПб.: Брокгауз – Ефрон, 1903].

Сергей Степанович Ланской, кстати, был вовлечен в «Союз благоденствия» Александром Николаевичем Муравьевым. тогда же он активно участвует в разработке ее законоположения (Устава), однако в 1821 году из-за разногласий среди членов, организация распалась.

Ланской выходит из организации декабристов и не вступает во вновь созданный «Северный Союз», целиком посвящая себя государственной деятельности. этот поступок и спас его от кары. во время восстания декабристов его в Петербурге не было. при допросах, Муравьевы имени Ланского не назвали, и он избежал кары.

еще один забавный факт о Сергее Степановиче — родственники жены считали, что он принимал участие в сборе средств русскими масонами и отсылке их Герцену за границу на издание вольной русской печати. они обвиняли Ланского в том, что он, якобы, растранжиривал приданое жены на масонские дела. по свидетельству Я.А. Соловьева: «Ланской никогда не отступал от своих основных убеждений». Н.С.Лесков в рассказе «Однодум» лает характеристику Ланского на посту костромского губернатора: «Ланской уважал в людях честность и справедливость и сам был добр, а также любил Россию и русского человека, но понимал его барственно, как аристократ»

.освободившись от государственной службы, страдавший диабетом Ланской, уезжает на лечение за границу и там, в 1862 году умирает. хоронят его в Петербурге, в некрополе Смоленской церкви, рядом с умершими ранее женой и дочерью.в семье Шишовых, последующих владельцев имения Лукино существовало предание о том, что С.С. Ланской завещал выбить на его надгробной плите стихотворение казненного декабриста Сергея Ивановича Муравьева-Апостола:

«Задумчив, одинокийЯ по земле пройду, незнаемый никем,Лишь пред концом моим,Внезапно озаренный,

Познает мир, кого лишился он.»

на надгробии его супруги Варвары Ивановны была высечена следующая надпись:

«Супруга тайного советникаВарвара Ивановна Ланская,Урожденная княжна Одоевская,Родилась 26 июня 1790 года в селе Варине,

Скончалась 9 апреля 1845 года в Санкт-Петербурге».

к сожалению, оба эти надгробия не сохранились. фотография надгробия и серебряная виньетка с гроба Варвары Ивановны находятся в краеведческом музее города Лосино-Петровского. после смерти отца сельцо Варино с деревнями Асеево, Назарово и Ситьково переходит ко второй дочери Ланских — Варваре Сергеевне и сыну Степану Сергеевичу.

по воспоминаниям Шишовых, в усадьбе жил сын Ланского Степан (Стива), который вел широкий образ жизни, проматывая доставшееся от отца наследство. Шишовы предполагают, что Степан Сергеевич Ланской был одним из прототипов Стивы Облонского в романе Л.Н.Толстого «Анна Каренина».

в 1877 году имение Лукино-Варино с 659-ю десятинами земли приобрел купец 2-ой гильдии, владелец Монинской шерстоткацкой фабрики Николай Иванович Шишов (1837-1892). Шишову досталась часть фамильных портретов Ланских и Одоевских, рисунки и портреты, принадлежащие кисти О.А. Кипренского, П.Ф. Соколова, Орловского, Я.Я. Рейхеля, портреты и рисунки С.С.

Ланского и В.И. Ланской. сейчас они находятся в фондах Щелыковского и Лосино-Петровского историко-краеведческого музея.

Источник: https://tata-cheshuina.livejournal.com/332772.html

Ссылка на основную публикацию