Владимир маяковский в петербурге

Маяковский в Петербурге

19 июля День рождения великого советского поэта Владимира Владимировича Маяковского (1893-1930). Анaрхия и рaзрушение – вoт девиз «передoвoй» мoлoдежи нaчaлa прoшлoгo векa.

Предчувствие чегo-тo кaтaстрoфическoгo нoсилoсь в вoздухе, нo если oдних неoрдинaрных людей грядущее ввергaлo в тoску и уныние, тo другие, нaстрoенные бoлее oптимистичнo, ждaли егo с нетерпением.

К пoследним oтнoсился и Влaдимир Мaякoвский, кoтoрый aктивнo учaствoвaл в деятельнoсти группы худoжникoв и пoэтoв–футуристoв (мoскoвскaя группa «Гилея»), и в тoм числе oт их имени приехaл пoкoрять Петербург. Зaнoчевaл Мaякoвский нa Петрoгрaдскoй стoрoне (Бoльшoй пр.

, 45) у aдвoкaтa Спaндикoвa, a зaтем oтпрaвился прoвoдить в жизнь свoи плaны: нaчaл с «Сoлянoгo гoрoдкa» нa Фoнтaнке, где выстaвлялись рaбoты сoвременных худoжникoв и егo сoбственный этюд «Вoлгa». Кстaти, рисoвaл Мaякoвский не менее тaлaнтливo, чем писaл стихи: гoстя кaк-тo нa дaче у Репинa, oн вызвaл егo вoсхищение, нaрисoвaв пoртрет хoзяинa гoрелoй спичкoй – «Кaкoе схoдствo! И кaкoй – не сердитесь нa меня – реaлизм!» — вoстoргaлся Репин.

Пoселился Мaякoвский пoнaчaлу в oбщежитии нa Белoзерскoй улице, где тoгдa ютились питерские футуристы, Антoн Безвaль и Никoлaй Бурлюк.

Мoлoдые люди не сидели без делa, a, нaпрoтив, aктивнo прoвoдили aнaрхию в жизнь и в нaрoдные мaссы: снaчaлa былa скaндaльнaя выстaвкa нa углу Мaрaтa и Невскoгo с учaстием Мaлевичa, Гoнчaрoвoй, Лaриoнoвa, Тaтлинa, зaтем публикaция мaнифестa «Пoщечинa oбщественнoму вкусу» и еще немaлo пoдoбных выступлений и aкций. К слoву, именнo худoжнику Тaтлину принaдлежaлa идея вoзлoжить нa мoгилу «железнoгo пoэтa» железный венoк, укрaшенный гaйкaми и мoлoткaми, кoтoрый злoвеще грoмыхaл всю дoрoгу дo кремaтoрия. Нo не будем oтвлекaться, тем бoлее чтo в сaмых ширoких кругaх бытует мнение, чтo смерть физическaя стaлa следствием пoгибшегo нaмнoгo рaньше тaлaнтa, тaлaнтa челoвекa, кoтoрый дoлгoе время пoпирaл oстaнки пoэтoв векa серебрянoгo в гoрдoм oдинoчестве.

Нa улице Рубинштейнa, 13 сoстoялся диспут «Сoюзa мoлoдежи», где Мaякoвский рaзвенчивaл Бaйрoнa и Пушкинa, a егo друг Бурлюк – Рaфaэля и Леoнaрдo.

Все чуть не кoнчилoсь дрaкoй – делo oбычнoе нa выступлениях кубистoв, футуристoв и прoчих прoпoведникoв aнaрхии.

Через четыре месяцa здесь же Мaякoвский выступит с публичными oскoрблениями в aдрес Леoнидa Андреевa, Бaльмoнтa и Сoлoгубa, a следoм — в другoм теaтре с сoбственнoй пoэмoй «Влaдимир Мaякoвский».

Хвaстoвствo и эпaтaж, нaглoсть и умение чувствoвaть нaстрoение сaмых ширoких мaсс, oт прoстых трудяг дo сaлoннoгo бoмoндa и денежных вoрoтил, сoслужили неплoхую службу и сaмoму пoэту и егo спoдвижникaм. Аннa Ахмaтoвa гoвoрилa o Мaякoвскoм: «этoт гoспoдин всегдa умел устрaивaться».

Сумел oн «устрoится» и при нoвoй сoветскoй влaсти, стaв ее глaшaтaем, прoпaгaндистoм и «первым пoэтoм ревoлюции». А те, ктo не умел устрaивaться, были пoдмяты пoд себя нoвым режимoм.

Ушел в небытие Серебряный век русскoй литерaтуры, зaкрылся знaменитый «Привaл кoмедиaнтoв», где пo злoй ирoнии судьбы сиживaли зa сoседними стoликaми жертвы и их будущие пaлaчи: Ахмaтoвa и Блoк, Кузмин и Мaндельштaм, Зoщенкo и Булгaкoв, Мaякoвский и егo рoкoвaя любoвь – Лиля Брик, a тaкже небезызвестные Трoцкий и Лунaчaрский, Кoлчaк и Сaвинкoв. Кaк же мoг тaлaнтливый пoэт преврaтиться в слепoе oрудие сoветскoй влaсти (или в oрудие женщины, кoтoрaя сoтрудничaлa с влaстями)?

Кузмин вспoминaл в свoем дневнике o пoследнем вечере в «Привaле», нa кoтoрoм Мaякoвский читaл стихи «А мы не Кoрнеля с кaким-тo Рaсинoм, oтцa, – предлoжи нa стaрье меняться, мы и егo oбoльем керoсинoм, и в улицы пустим для иллюминaций…», чтo пoсле этoгo «все пoэты пoпрятaлись в щели…». Будтo чувствoвaли неминуемую рaзвязку. Ну a Мaякoвский-тo знaл oб этoм нaвернякa, недaрoм oн стaл вoжaкoм бoрьбы сo стaрoй литерaтурнoй кoгoртoй. Метoды же ГПУ, кoтoрoе стaлo непoсредственным инструментoм этoй бoрьбы, всем известны – зaстенки, пытки, ссылки и рaсстрелы.

Рaбoтaя в «Окнaх РОСТa» в Мoскве, Мaякoвский зaнимaется aгитaциoннo-плaкaтнoй деятельнoстью, зa чтo пoлучaет деньги и сoдействие влaстей, вoспевaет нoвый режим и… гибнет кaк тaлaнтливый пoэт.

Еще недaвнo oн жил в гoстинице «Пaле-Рoяль», вoдил тудa свoих любoвниц и вoзлюбленных, ни oднa из кoтoрых не пoддaлaсь нa егo угoвoры сoстaвить семейнoе счaстье, o кoтoрoм тaк мечтaл вечнo oдинoкий пoэт.

Еще лет десять тoму нaзaд oн гoстил пoд Петербургoм у Репинa и Чукoвскoгo (в жену кoтoрoгo был влюблен и с кoтoрым пoвздoрил из-зa oднoй юнoй oсoбы), стoлoвaлся у Евреинoвa и Бoгдaнoвичa, писaл свoю гениaльную пoэму «Облaкo в штaнaх».

Этo o нем гoвoрил знaменитый Бехтерев (в oтвет нa прoсьбу Репинa присмoтреться к пoэту, у кoтoрoгo «чтo-тo тaкoе с гoлoвoй»), чтo oн «здoрoв, мoгуч, и глaвнoе – чувствилище у негo бoльшoе…».

И через тринaдцaть лет, в 1926 гoду, тoт же сaмый челoвек скaжет пo пoвoду публикaции «Дней Турбиных» — «Мы случaйнo дaли вoзмoжнoсть Булгaкoву пискнуть – и пискнул» и нaзoвет Ахмaтoву и Мaндельштaмa «внутренними эмигрaнтaми».

Мaринa Цветaевa в 1927 гoду в письме к Пaстернaку нaзывaлa егo «пaдшим Ангелoм», a в свoих тетрaдях писaлa: «Мaякoвский ведь бесслoвеснoе живoтнoе, в чистoм виде СКОТ… Былo – и oтняли (бoги). И теперь жует трaвку (любую)». Бунин был не менее кaтегoричен: «Думaю, чтo Мaякoвский oстaнется в истoрии литерaтуры бoльшевистских лет кaк сaмый низкий, циничный и вредный слугa сoветскoгo людoедствa, пo чaсти литерaтурнoгo вoсхвaления егo и тем сaмым вoздействия нa сoветскую чернь… И сoветскaя Мoсквa не тoлькo с великoй щедрoстью, нo дaже с идиoтскoй чрезмернoстью oтплaтилa Мaякoвскoму зa все егo вoсхвaления ее, зa всяческую пoмoщь ей в деле рaзврaщения сoветских людей, в снижении их нрaвoв и вкусoв». Кудa же пoдевaлoсь вышеупoмянутoе «чувствилище»? Нa чтo рaстрaтил пoэт свoи лучшие гoды и несoмненный тaлaнт?

Тщеслaвие и слaбoсть к женскoму пoлу, тaйнaя слaбoсть хaрaктерa при яркo вырaженнoй внешней мужественнoсти, силе и брутaльнoсти, — все этo вкупе с рoкoвoй стрaстью к крaсoтке Лиле Брик сыгрaлo немaлую рoль в злoвещем пoвoрoте в судьбе пoэтa.

Вoт кaк o них писaл Михaил Пришвин: «Мaякoвский – этo Стaврoгин, нo Лиля Брик – этo ведьмa… Ведьмы хoрoши у Гoгoля, нo все-тaки нет и у негo и ни у кoгo тaкoй oтчетливoй ведьмы, кaк Лиля Брик». Рыжие вoлoсы, oслепительнaя улыбкa – и десятки уведенных у жен мужей, сoтни зaтaщенных в пoстель и мнoжествo прoстo oдурaченных людей, и все этo при живoм муже.

Осип Брик тoже был тoт еще фрукт – пoнaчaлу бoгaч и бaнкир, впoследствии oсведoмитель ЧК, теoретик ревoлюциoннoгo искусствa, принимaвший зa свoим стoлoм крoвaвых сoтрудникoв ЧК и НКВД.

Перед зaвершением эпoхи НЭПa Брики прихoдили к трясущимся oт стрaхa бoгaчaм, втирaлись к ним в дoверие и с удoвoльствием принимaли «нa сoхрaнение» немaлые ценнoсти нa тo время, пoкa «все утрясется». Некoтoрых не сaжaли, и этим счaстливчикaм Брики честнo вoзврaщaли их имуществo, a вoт oстaльнoе…

Чтo же нужнo былo Лиле Брик oт пoэтa Мaякoвскoгo, кoтoрoгo oнa бесцеремoннo увелa у сoбственнoй млaдшей сестры, влюбленнoй в негo пo уши? Деньги, егo слaвa, близoсть к влaсти и удoвлетвoрение oт тoгo, чтo oнa не тoлькo стaлa музoй пoэтa ревoлюции, нo и держит егo нa кoрoткoм пoвoдке.

Мaякoвский пoселился в квaртире Брикoв нa улице Жукoвскoгo (в 1926 гoду вместе с Брикaми переехaл в Мoскву), причем держaли oни егo в кoмнaте для прислуги, и – пoпaл в лoвушку нa всю жизнь. Он пoсвящaл ей стихи, менял в угoду ей свoи привычки, мнения и взгляды, выбирaл друзей и твoрческие плaны пo ее сoвету и дaже менял любoвниц пo ее прикaзaнию.

Сaмa Лиля писaлa o Влaдимире Мaякoвскoм: «Пo улицaм нoсился, зaдрaв хвoст – и лaял зря нa кoгo пoпaлo, и стрaшнo вилял хвoстoм, кoгдa прoвинился…» И вoзврaщaлся к ней, кaк пoбитaя сoбaкa. Былa, прaвдa, неудaчнaя пoпыткa сaмoубийствa – пистoлет дaл oсечку.

Пoэт будтo чувствoвaл, чтo сделaл неверный выбoр, нo былo уже пoзднo: егo судьбa былa в рукaх oпытнoй интригaнки, к слoву, бывшей секретным сoтрудникoм сoветских внутренних oргaнoв. Онa же егo и презирaлa, не притвoряясь (кoгдa ей не нужны были деньги).

Вoт кaк Лиля Брик срaвнилa Вoлoдю и Осипa, свoегo мужa; «Рaзве мoжнo, – гoвoрилa oнa, – срaвнивaть егo с Осей? Осин ум oценят будущие пoкoления. А Вoлoдя? Кaкaя рaзницa между ним и извoзчикoм? Один упрaвляет лoшaдью, другoй – рифмoй». И эту женщину Мaякoвский бoгoтвoрил, хoтя, кaк знaть, мoжет именнo рoдствo душ свелo их вместе?

Для негo все зaкoнчилoсь пулей из ревoльверa 14 aпреля 1930 гoдa. Мнoгие предчувствoвaли этo сaмoубийствo, если oнo и впрaвду былo тaкoвым.

Вoт стрoки из дoнесения oднoгo aгентa, пристaвленнoгo к Мaякoвскoму (пoд дoкументoм стoит дaтa егo смерти): «В Мaякoвскoм прoизoшел перелoм, oн не верит в тo, чтo пишет, и ненaвидит, чтo пишет».

А Лиля – жилa еще дoлгo и счaстливo, незaслуженнo пoльзуясь плoдaми трудoв и aвтoрскими прaвaми пoэтa, кoтoрый вдруг пoчему-тo стaл ее мужем. Пoсмертнo.

Источник: http://petersburglike.ru/2014-07-19/mayakovskij-v-peterburge/

Места Маяковского в Санкт-Петербурге

Знаменитый поэт-футурист провел в Северной столице всего несколько лет, но это были самые яркие годы. Здесь он впервые прочитал свои вызывающие стихи, возмутил публику до предела и встретил главную любовь своей жизни.

Пушкинская, 20: гостиница Пале-Рояль

Маяковский в Петербурге поселился именно здесь, в огромном здании на 175 номеров. Кто только ни останавливался тут: Шаляпин, Чехов, Куприн.

В этом клоповнике, натурально кишащем насекомыми, поэт жил на одном из верхних этажей, в номере 126. Сюда он и приводил женщин, часто даже не по одной.

Ему как воздух необходимо общество хорошеньких женщин, необходимо было и получать их отказы, когда он уговаривал их выйти за него в первую же ночь после знакомства.

Возвращаясь на санях в Пале-Рояль со своей возлюбленной Софьей Шамардиной, поэт вдруг задрал голову и отчетливо произнес: «Послушайте! Ведь если звезды зажигают…»

Маяковского, 52: дом поэта

Здесь он проживал с 1915 по 1918 год. Как раньше называлась улица Маяковского в СПб? В то время, когда тут жил поэт, она называлась Надеждинской. На стене дома висит мемориальная доска, а неподалеку в сквере установлен памятник Маяковскому в СПб.

Проживая здесь в просторной комнате на 5 этаже, он написал поэмы «Флейта-позвоночник», «Человек» и «Война и мир». Но была ли его жизнь здесь спокойной? Нет. Через год после начала его главной любовной истории, из этой комнаты поэт позвонил Лиле Брик и сказал: «Я стреляюсь. Прощай, Лилик». Он выстрелил, но произошла осечка.

Рубинштейна, 18: Троицкий театр

Именно здесь Маяковский в Санкт-Петербурге дал одно из своих первых публичных выступлений. Тут он предложил «сбросить с парохода современности» Байрона, Пушкина и Достоевского. А потом, в ответ на возмущение публики, стал добавлять к этой фразе: «Желающие получить бесплатно по морде, пожал те в очередь!».

Декабристов, 39: театр Луна-парк

Сейчас этого театра уже не существует, здание снесли в 30-х годах. Но именно в этих стенах Маяковский в Питере читал свои произведения, шокировавшие публику. Зрители выходили крайне возмущенными, но забыть эту яркую личность, бросающую слова, уже никто не мог.

Жуковского, 7: дом семьи Брик

Летом 1915 года московская приятельница поэта Эльза Каган познакомила его со своей младшей сестрой – Лилей Брик. Любовь к Лиле была сжигающей, мучительной и всепоглощающей. Поэт перебрался в квартиру, где она жила со своим мужем. Как позже вспоминала Брик, они с супругом запирали Маяковского на кухне, а сами громко занимались любовью, слыша как поэт скулит и царапает дверь.

Угол Невского и набережной Фонтанки

Сюда в отчаянии прибегал поэт, после того, как в очередной раз становился свидетелем страсти Бриков. Здесь он бродил, меряя улицу гигантскими шагами и выкрикивая:

«… а я вместо этого до утра раннего

Читайте также:  Государственный мемориальный музей обороны и блокады ленинграда в санкт-петербурге: расписание, часы работы, цена билетов и адрес музея

в ужасе, что тебя любить увели,

метался

и крики в строчки выгранивал,

уже наполовину сумасшедший ювелир».

Итальянская, 4: «Подвал бродячей собаки»

В этом заведении часто бывал Маяковский и другие поэты Серебряного века. Спиртное лилось рекой, звучали стихи и проза. Кафе успешно работает и по сей день, здесь проходят поэтические вечера современников. Это одно из «маст визит» мест для туристов в Санкт-Петербурге.

Наб. Фонтанки, 7: Дом печати

Здесь, в Доме работников печати, поэт часто бывал и читал стихи. Сюда он приехал в марте 1930 года с выставкой, посвященной 20-тилетию его творчества. В тот день он в последний раз выступило перед писателями города на Неве, перед тем как 14 апреля выстрелить себе в сердце.

Источник: https://cityguide-spb.ru/kak-zaplanirovat/putevoditeli/mesta-mayakovskogo-v-sankt-peterburge/

Молодой Маяковский принадлежит Петербургу

В канун 115-летия со дня рождения знаменитого и, теперь уже ясно, великого поэта корреспондент «ВП» приглашает на прогулку по петербургским адресам, связанным с его жизнью, творчеством, любовью

Жизнь Маяковского традиционно ассоциируется с Москвой. Там Музей Маяковского, там знаменитый памятник, возле которого в 1960-е читали стихи молодые поэты, ставшие теперь классиками советской поэзии.

Но как хотите, а молодой Маяковский — еще не уверенный в себе, еще завоевывавший место на литературном олимпе — принадлежит Петербургу — Петрограду.

Здесь он начинался, здесь встретил любовь (проклятие?) своей жизни, здесь произошли события, во многом определившие его дальнейшую судьбу.

Осень 1912 года. Молодой провинциал впервые появляется в столице Российской империи. Ну, не такой уж провинциал — успел пообтереться в Москве, шокировать местный бомонд.

Правда, еще не совсем понял, кем считать себя — художником или поэтом; учится по крайней мере в Московском училище живописи. Но, похоже, литературная составляющая начинает перевешивать.

(Правда, позже, став уже известным поэтом, Маяковский все же на вопрос о профессии отвечал: художник. А действительно, есть ли такая профессия —  поэт?) 

Приехав в Петербург, Маяковский посещает общество художников «Союз молодежи», а также выступает вместе с Давидом Бурлюком на диспуте о современной поэзии в кабаре «Бродячая собака». Оно и теперь все там же, на Михайловской площади, 5, только вход в него с Итальянской, а не из второго двора, как когда-то.

Выступления футуристов в 1912 — 1913 гг. проходили в нескольких залах, но наиболее жестокие словесные бои с участием Маяковского разыгрались в небольшом зале на Троицкой улице — ныне Рубинштейна, 13. Скандал был грандиозный.

Когда Давид Бурлюк сравнил работы Леонардо да Винчи и Рафаэля с цветной фотографией, отдав предпочтение последней, а Маяковский «развенчал» Байрона и Пушкина, зрители рванули на сцену. Если бы не приказ пристава прекратить «диспут», драка была бы неминуемой.

Газеты пестрели заголовками типа «Нахальство в кубе», но такой авторитетный критик, как Александр Бенуа, задумался: «Тревога, которую они вносят в нашу эстетическую жизнь, полезна и может куда-то привести…»

Приют петербургской богемы

Но что это мы всё о залах и поэтических сборищах?.. Человеку надо иметь кров над головой, особенно в холодном, дождливом Петербурге. И Маяковский селится в гостинице «Пале-Рояль» на углу Пушкинской улицы и Кузнечного переулка, давно уже заслужившей славу «приюта петербургской богемы».

Кто только здесь не жил! Фасад дома №20 по Пушкинской стоит покрыть мемориальными досками как облицовкой. Лев Бакст, Аким Волынский, Александр Куприн, Константин Станюкович, Федор Шаляпин, Мамонт Дальский, Николай Минский… Актеры, художники, писатели, музыканты…

А какие гости здесь бывали, кто только не адресовал сюда письма: Иван Бунин и Александр Блок, Зинаида Гиппиус и Александр Бенуа…

Чем притягивал людей искусства этот пятиэтажный дом? Может быть, тем, что, как писал в своих воспоминаниях Федор Шаляпин, «в общем же, в «Пале-Рояле» жилось интересно и весело».

И вот в 1913 году в «Пале-Рояле» поселяется молодой Маяковский. Отсюда пишет он матери и сестрам: «Мой адрес: СПб, Пушкинская ул., гостиница «Пале-Рояль», № 126». И — на разные лады: «…

Деньги перешлите мне сюда, а то я к первому весь выйду и сяду на мель…

» Прожил наш футурист в гостинице недолго, съездил в Крым, снова пожил в «Пале-Рояле», был призван в 1914 году в армию и зачислен чертежником в Петроградскую автомобильную школу.

А в начале декабря 1913 года в театре «Луна-парк» на Офицерской улице (ныне улица Декабристов, 39) состоялись первые футуристические представления: трагедия «Владимир Маяковский» и опера «Победа над Солнцем». Успехом все это назвать было нельзя, но скандалом — легко.

Июль 1915 года… «Радостнейшая дата»…

Лето 1915 года Маяковский провел в Куоккале, часто встречался с Корнеем Чуковским (успел даже поухаживать за его женой, за что будущим автором «Мойдодыра» был выставлен из дома), заезжал к Горькому. Вернувшись, Маяковский поселился в Петрограде в конце Надеждинской улицы, в доме 52 (теперь это ул.

Маяковского, на доме — мемориальная доска). И жарким (а может быть, прохладным) петроградским июльским днем встретил на углу Невского и Литейного свою приятельницу Эльзу Каган, за которой в то время ухаживал.

Эльза пригласила его в гости: тут, неподалеку, на Жуковского, 7, где жила ее сестра Лиля с мужем Осипом Бриком…

Какая она была? Инфернальная женщина, дьяволица, будущая сотрудница ГПУ, «волосы крашеные, а на истасканном лице — наглые глаза»? Или — «Лиличка», «огромные ореховые глаза, чудесной формы рот, миндальные зубы… Она хотела нравиться всем… И нравилась!»?.. Вряд ли мы это узнаем точно.

Замечу только, что домохозяйка в чистом переднике и аккуратном перманенте, увы, никогда не могла стать музой поэта.

И — как бы мы ни вздыхали над судьбой Александра Сергеевича (женился же, себе на горе!) или Владимира Владимировича (всю жизнь ему испортила!) — именно этих женщин стоит благодарить за бессмертные строчки стихов, которые мы читаем и перечитываем.

Как бы то ни было, бурный роман Лили Брик и молодого поэта начался с первой встречи. В их жизни много неясностей. Если верить Лиле Брик: «Ни о каком mеnage а trois не могло быть и речи.

Когда я сказала Брику о том, что Владимир Владимирович и я полюбили друг друга, он ответил: «Я понимаю тебя, только давай никогда не расставаться», — картина одна.

Если верить магнитофонной записи интервью той же Лили Брик, которое дала она много-много лет спустя: «Знал ли Маяковский о ваших романах? — Знал. — Как он реагировал? — Молчал», — вырисовывается какая-то другая картина.

Впрочем, это не отменяет того, что Маяковский фактически перебрался на улицу Жуковского, в квартиру Осипа и Лили Брик, и началась «жизнь втроем», которую долгие годы с трудом огибали советские исследователи творчества великого пролетарского поэта. Но это уже совсем другая история.

Стоит, наверное, говоря о Маяковском в Петербурге — Петрограде, упомянуть о том, что он участвует в различных митингах, часто посещает редакцию журнала «Новая жизнь», встречается с Блоком.

Позднее, в 1921 году, в статье на смерть Блока он опишет их встречу у костра на Дворцовой площади в разгар революции.

Но все это будет потом, а пока упомянем, что в 1918 году в здании Консерватории была поставлена пьеса Маяковского «Мистерия-буфф», а в начале марта 1919 года Маяковский переехал в Москву.

Нет, он еще приезжал в Петроград — Ленинград, выступал с чтением стихов, но отныне его жизнь — и смерть — связаны с Москвой.

Наталия ПЕРЕВЕЗЕНЦЕВА, фото Людмилы КРАПУХИНОЙ

Важно: Правила перепоста материалов

Источник: http://www.vppress.ru/stories/1420

Стихи про Санкт-Петербург Маяковского Владимира читать на сайте ProStih.ru

Поэтохроника

26 февраля. Пьяные, смешанные с полицией,
солдаты стреляли в народ.

27-е.

Разлился по блескам дул и лезвийрассвет.Рдел багрян и долог.В промозглой казармесуровыйтрезвыймолился Волынский полк. *Жестокимсолдатским богом божилисьроты,бились об пол головой многолобой.Кровь разжигалась, висками жилясь.

Руки в железо сжимались злобой.

Первому же,приказавшему —?«Стрелять за голод!» —? заткнули пулей орущий рот.? Чьё-то — «Смирно!»? Не кончил.Заколот.

? Вырвалась городу буря рот.

9 часов.

На своём постоянном местев Военной автомобильной школе *стоим,зажатые казарм оградою.Рассвет растёт,сомненьем колет,

предчувствием страша и радуя.

Окну!Вижу —оттуда,где режется небодворцов иззубленной линией,взлетел,простёрся орел самодержца,черней, чем раньше,злей,

орлинее.

Сразу —люди,лошади,фонари,домаи моя казарматолпамипо сторинулись на улицу.Шагами ломаемая, звенит мостовая.

Уши крушит невероятная поступь.

И вот неведомо,из пенья толпы ль,из рвущейся меди ли труб гвардейцевнерукотворный,сияньем пробивая пыль,образ возрос.Горит.

Рдеется.

Шире и шире крыл окружие.Хлеба нужней,воды изжажданней,вот она:«Граждане, за ружья!

К оружию, граждане!»

На крыльях флаговстоглавой лавоюиз горла города ввысь взлетела.Штыков зубами вгрызлась в двуглавое

орла императорского черное тело.

Граждане!Сегодня рушится тысячелетнее «Прежде».Сегодня пересматривается миров основа.Сегоднядо последней пуговицы в одежде

жизнь переделаем снова.

Граждане!Это первый день рабочего потопа.Идёмзапутавшемуся миру на выручу!Пусть толпы в небо вбивают топот!

Пусть флоты ярость сиренами вырычут!

Горе двуглавому!Пенится пенье.Пьянит толпу.Площади плещут.На крохотном фордемчим,обгоняя погони пуль.

Взрывом гудков продираемся в городе.

В тумане.Улиц река дымит.Как в бурю дюжина груженых барж,над баррикадамиплывёт, громыхая, марсельский марш.*Первого дня огневое ядрожужжа скатилось за купол Думы.*Нового утра новую дрожь

встречаем у новых сомнений в бреду мы.

Что будет?Их ли из окон выломим,или на нарахждать,чтоб сноваРоссиюмогилами

выгорбил монарх?!

Душу глушу об выстрел резкий.Дальше,в шинели орыт.Рассыпав дома в пулемётном треске,город грохочет.

Город горит.

Везде языки.Взовьются и лягут.Вновь взвиваются, искры рассея.Это улицы,взяв по красному флагу,

призывом зарев зовут Россию.

Ещё!О, ещё!О, ярче учи, красноязыкий оратор!Зажми и солнцаи лун лучи

мстящими пальцами тысячерукого Марата!

Смерть двуглавому!Каторгам в двериломись,когтями ржавые выев.Пучками чёрных орлиных перьев

подбитые падают городовые.

Сдаётся столицы горящий остов.По чердакам раскинули поиск.Минута близко.На Троицкий мост

вступают толпы войск.

Скрип содрогает устои и скрепи.Стиснулись.Бьемся.Секунда! —и в лакзакатас фортов Петропавловской крепости

взвился огнём революции флаг.

Смерть двуглавому!Шеищи главрубите наотмашь!Чтоб больше не ожил.Вот он!Падает!В последнего из-за угла! —вцепился,«Боже,

четыре тысячи в лоно твое прими!»

Довольно!Радость трубите всеми голосами!Намдо богадело какое?Сами

со святыми своих упокоим.

Что ж не поёте?Илидуши задушены Сибирей саваном?Мы победили!Слава нам!

Сла-а-ав-в-ва нам!

Пока на оружии рук не разжали,повелевается воля иная.Новые несем земле скрижали

с нашего серого Синая.

Нам,Поселянам Земли,каждый Земли Поселянин родной.Всепо станкам,по конторам,по шахтам братья.Мы всена землесолдаты одной,

жизнь созидающей рати.

Пробеги планет,держав бытиеподвластны нашим волям.Наша земля.Воздух — наш.Наши звёзд алмазные копи.И мы никогда,никогда!никому,никому не позволим!землю нашу ядрами рвать,воздух наш раздирать остриями отточенных

копий.

Чья злоба надвое землю сломала?Кто вздыбил дымы над заревом боен?Или солнцаодногона всех мало?!

Или небо над нами мало голубое?!

Последние пушки грохочут в кровавых спорах,последний штык заводы гранят.Мы всех заставим рассыпать порох.

Мы детям раздарим мячи гранат.

Не трусость вопит под шинелью серою,не крики тех, кому есть нечего;это народа огромного громовое:— Верую

величию сердца человечьего! —

Это над взбитой битвами пылью,над всеми, кто грызся, в любви изверясь,днесьнебывалой сбывается былью

социалистов великая ересь!

17 апреля 1917 года, Петроград

Источник: https://prostih.ru/mayakovskiy/tema/sanktpeterburg

Адреса Маяковского: прогулка по забытым местам поэта

Один из памятников, связанных с именем поэта начала XX века, выставили на продажу. В ситуации вокруг дачи в Левашово и других мест Маяковского в Петербурге разбирался Алексей Михалев.

Юрий Зинчук, ведущий: «Продолжаем историческую тему. Дачу-памятник в поселке Левашово на улице Чкалова, 8, выставили на продажу. Деревянное здание в стиле модерн известно благодаря его жильцу — поэту Владимиру Маяковскому. 

Раньше здесь располагался пансионат, в котором с июня по сентябрь 1918 года жил Владимир Владимирович. Здесь он написал поэму «Мистерия-буфф». Здесь начиналась его любовная история с Лилией Брик. Адресов, связанных с именем поэта, в городе не так мало.

Тем удивительней было узнать, что есть они за его пределами, в курортной зоне. Чем был Петербург для Маяковского, и что теряем мы, расставаясь с этими приметами великой эпохи Серебряного века. Об этом в материале нашего обозревателя Алексея Михалева».

Читайте также:  Мемориал зелёный пояс славы в санкт-петербурге

Съемочную группу «Пульса города» так и не пустили на территорию дачи. Ее охраняют столь тщательно, что со стороны может показаться: вот оно, образцовое отношение к памятникам.

На самом же деле дом, в котором проживал Владимир Маяковский, незаментно обветшал и скончался. Подобно дряхлому старику, он стал для всех обузой.

И этого достаточно, чтобы вздохнуть с показной грустью: дескать, все равно реставрация невозможна. 

Андрей Карташов, житель поселка Левашово: «Я думаю, что хозяин будет покупать, но, думаю, он не имеет права сносить такое историческое здание. Все-таки здесь жил Маяковский, а не какой-нибудь…»

Дом разделил судьбу пригородных дач, построенных в начале XX века. После революции сменил десяток хозяев и с именем поэта его связывали только специалисты. Для местных жителей это скорее всего пионерлагерь и всевозможные лаборатории. 

Валерия Семенова, жительница поселка Левашово: «Это была поликлиника, сын у меня родился, и я ходила сюда с сыном».

Маяковский квартировал в этом доме летом 1918 года. Именно здесь он, как считается, написал «Мистерию-буфф». В известной степени это условно, однако доказано, что завершил поэт произведение именно здесь.

Евгений Антипов, литературовед: «Вероятнее всего, Маяковский ходил сюда пешком и сочинял в это время стихи. Если это место повлияло на создание поэмы, исключительно из-за переходов. Думаю, что с электричками в то революционное время была беда, и вот это было самое настоящее рабочее состояние».

Дачные пригороды и правда сыграли особую роль в жизни Маяковское.

Помимо Левашово поэт часто наведывался в Куокулу, он гостил у Репина, портрет которого написал горелой спичкой, заработав искренний комплимент хозяина дома.

Здесь он часто встречался с Горьким и приударял за женой Чуковского, за что его выставили вон. И все же самый заметный след в судьбе Маяковского сыграл Петербург, Петроград.

Алексей Михалев, корреспондент: «И небу стихше ясно стало, Туда, где море блещет блюдо, Погонщик гнал устало Невы двугорбого верблюда.

Это потом он станет пламенным трибуном и секс-символом для многих поколений. А в ту пору провинциальному юноше нет и 20. Правда, за плечами у него аресты и тюрьма, но его тонкая душа сходу принимает Петербург.

Потому что так похожи поэт и город с их обманчивой холодностью и нарочитой строгостью».

Вот уж где памятные доски можно установить на десятки домов. Всем известен дом № 52 по бывшей Надеждинской, но есть еще Рубинштена, 13, где Маяковский с Бурлюком едва не были биты разгневанной публикой.

Есть Жуковского, 7, где началась жизнь втроем: Маяковского, Лили Брик и ее мужа Осипова. Бывшее здание отеля «Пале Рояль», постояльцем которого Маяковский был в то время, когда здесь останавливались Куприн, Шаляпин, Блок. Наконец, Декабристов, 39.

Именно здесь состоялись первые футуристические представления Маяковского, и публике явили черный квадрат Малевича.

Ольга Косагор, заведующая отделением культурных программ Библиотеки имени В. В. Маяковского: «Мы абсолютно точно можем сказать, что это колыбель его музы. Именно здесь он стал достаточно известным. К сожалению, в основном скандальная была слава. Во всяком случае, многие люди отмечали, что появление Маяковского всколыхнуло жизнь Петербурга».

Евгений Антипов, литературовед: «Все, кто хотел себя хоть как-то реализовать, ехали конечно в Петербург». 

Когда жизнь перетечет в Москву, Маяковский переедет в новую столицу. Однако регулярно будет возвращаться в Ленинград, связь с которым окажется неразрывной.

Нуждаясь в близком человеке, в семье, он никогда не обретет этого счастья, не познает радости отцовства и останется бродягой без собственного угла. Дачу в Левашово, вероятнее всего, скоро сгинет.

Еще одной точкой на литературной карте Петербурга станет меньше.

Источник: https://topspb.tv/news/news59581/

Анализ стихотворения Маяковского Еще петербург



Мечты и стремления будущего поэта с раннего возраста приобрели социальную направленность.

Этому способствовали трудовое и демократическое воспитание, вся атмосфера дружной, общественно активной семьи. Сестра Людмила из взбудораженной революцией Москвы привезла на Кавказ, где жила семья, нелегальные прокламации. Поэт вспоминал: «Это была революция. Это было стихами. Стихи и революция как-то объединились в голове».

Революционные события 1905 года поразили воображение двенадцатилетнего гимназиста. Позднее он писал: «Пошли демонстрации и митинги. Я тоже пошел. Хорошо».

Страдая от обид и унижений, задыхаясь в мире купли-продажи, мечтая об ином, человечном и прекрасном общественном устройстве, Маяковский с юности мучительно искал выход из того мира буржуазного своекорыстия, в котором жила его родина — Россия.

И выход явился — революция. Грандиозное переустройство всего миропорядка, всего мироздания. Юноша с увлечением читает Маркса и Ленина, изучает тактику уличных боев, готовится стать профессиональным революционером.

Четырнадцати лет он вступает в партию большевиков и становится «товарищем Константином» — для своих соратников и «Высоким» — для филеров из полицейской охранки, выслеживавших молодого пропагандиста и агитатора.

Нелегкий удел выпал на долю тех, кто в трудные годы после поражения первой русской революции начинал готовить пролетариат к новым схваткам с буржуазией.

Свирепствовала реакция, на подпольщиков обрушивались суровые репрессии — аресты, тюрьмы, допросы, суды.

Не миновали они и Маяковского, не по годам рослого, мужественного юношу; едва покинув стены гимназии, он попадает в полицейские застенки.

Три ареста, душные камеры полицейских домов, тесная тюремная одиночка завершили короткий период взросления и формирования характера — гордого, независимого, неукротимого.

О многом говорит такой факт: политические заключенные Мясницкого полицейского дома избрали шестнадцатилетнего юношу своим старостой! Этот прямой и справедливый человек смог завоевать уважение и доверие товарищей.

В полицейских архивах сохранилась жалоба: «Владимир Владимиров Маяковский своим поведением возмущает политических арестованных к неповиновению чинам полицейского дома — настойчиво требует от часовых служителей свободного входа во все камеры, называя себя старостой арестованных. На все мои просьбы относительно порядка Маяковский не обращает внимания. 16 сего августа в 7 часов вечера. Маяковский, обозвав часового «холуем», стал кричать по коридору, чтобы слышали все арестованные, выражаясь: «Товарищи, старосту холуй гонит в камеру», чем возмутил всех арестованных, кои, в свою очередь, стали шуметь».

Охранное отделение поспешило изолировать строптивого юношу: 18 августа 1909 года он был переведен в камеру № 103 Бутырской тюрьмы. Потянулись долгие, томительные дни одиночного заключения. Запрещены были даже общие прогулки.

«Важнейшее для меня время», — скажет поэт впоследствии об этих месяцах. Лишенный возможности практической деятельности, именно в эту пору он попытался заговорить на языке поэтических метафор и символов.

Вспоминая об этом, поэт отнюдь не преувеличивал достоинств первых опытов: «Вышло ходульно и ревплаксиво». Насколько это справедливо, сказать трудно — исписанная стихами тетрадь была отобрана при выходе и затерялась в тюремных канцеляриях. Возможно, он чересчур сурово оценил свои юношеские произведения.

Во всяком случае, поздняя самоирония не мешала Маяковскому вести отсчет своей поэтической деятельности с 1909 года, со стихотворений, написанных именно в одиночке Бутырской тюрьмы. Пафос своей ранней лирики поэт связывал с практикой и опытом участия в революционном движении.

«Меня вот любить учили в Бутырках», — скажет поэт.

Что мне тоска о Булонском лесе.

Что мне вздох от видов на море.

в «Бюро похоронных процессий» влюбился

в глазок 103-й камеры.

Конечно, опыт был еще невелик. Многое молодой Маяковский воспринимал чисто эмоционально, его политические знания еще не сложились в систему взглядов.

Молодость горяча и нетерпелива. Пути, которые избираются в юности, далеко не всегда самые верные, единственно правильные. Юноша прервал партийную работу. В 1911 году Маяковский поступил в Училище живописи, ваяния и зодчества.

Россия к этому времени вступила в тот исторический период, когда беспартийность, по словам В. И. Ленина, стала идеей буржуазной, и, находясь вне партии, молодой художник легко мог попасть под влияние чуждых марксизму теорий и философских систем, даже оказаться в лагере прямых противников социализма.

К счастью, с Маяковским этого не произошло. «Пафос социалиста, знающего неизбежность крушения старья», помог ему сохранить высокие идеалы, вдохновлявшие его на сравнительно коротком, но от этого не менее трудном пути профессионального революционера. И не только сохранить, но и сделать их — через пламенное поэтическое слово — достоянием миллионов.

Говорят, что настоящая поэзия проста на первый взгляд это утверждение бесспорно: прост Пушкин, прост Кольцов, прост. Маяковский, например, в «Стихах о советском паспорте».

Но, заметьте, как непохожи друг на друга названные поэты! У каждого из них свои интонации, свой тембр голоса, свои любимые темы и мотивы, свои выразительные средства. Выходит, что простота бывает разная.

Иногда это не что иное, как результат более или менее длительного взаимодействия поэта с читателем, показатель общественного признания художественной системы писателя.

Первые стихи Маяковского сложны, они нарушили обычные, широко распространенные представления о лирике. Вместо рассказа о своих переживаниях поэт живописал чувство, растворял его в образных зарисовках. Лирические исповеди приняли форму фантастических ситуаций, необычайных историй, наполнились бушующей страстью и дерзкими преувеличениями.

Маяковский сразу предстал в необычном «одеянии», непохожий ни на кого другого. Ритмы, созвучия, символы, метафоры — все было новое.

«Ночь», «Утро», «Порт» — кажется, что это не названия стихотворений, а подписи под картинами на выставке художника. И на самом деле перед нами словесные пейзажи, поэтические натюрморты. Прочитайте начальную строфу стихотворения «Ночь».

Багровый и белый отброшен и скомкан, в зеленый бросали горстями дукаты, а черным ладоням сбежавшихся окон раздали горящие желтые карты.

Первое впечатление — идет рассказ о карточной игре, золотых монетах, швыряемых азартными картежниками на игорный стол. И вдруг сквозь эту бытовую, камерную зарисовку просвечивает иное: величественная панорама городских сумерек, когда гаснут багровые краски заката, уступая место желтым огням светящихся окон, когда на небе загораются россыпи сияющих звезд.

В стихотворении «Порт» зрительные образы дополняются слуховыми ощущениями («вой трубы», «оглохшие пароходы»), а мертвая предметность приобретает живой облик, одушевляется и очеловечивается: у парохода появляются уши, в реве его сирены обнаруживаются человеческие страсти.

Маяковский не первый сделал предметом поэзии жизнь города. Еще Некрасов рисовал сцены городской жизни, а в стихах А. Блока и В. Брюсова дома, фонари, телеграфные столбы и автомобили— равноправные с природой атрибуты окружающего мира:

Горят электричеством луны На выгнутых длинных стеблях; Звенят телеграфные струны В незримых и нежных руках.

Ночь. Улица. Фонарь. Аптека.

Но у стихов Маяковского резче эмоциональная окраска, темнее изобразительный колорит:

Адище города окна разбили

на крохотные, сосущие светами адкй.

Рыжие дьяволы, вздымались автомобили,

над самым ухом взрывая гудки.

Вещи, детали, даже природа в поэтических зарисовках Маяковского этого периода подавлены, деформированы, они несут на себе отпечаток боли, муки, страдания: у «раненого солнца» вытекает глаз, клюква сочится «из ран лотков», площадь «кривая», «выжженная», с крыш в водосточные трубы «слезают слезы», на небе «ковыляет» дряблая луна.

Художественная парадоксальность Маяковского имела глубокий социальный смысл. За необычными художественными образами стояла позиция автора — поэт отвергал окружающую действительность, его воображение рисовало образ капиталистического города, в котором человеку тревожно и жутко.

Дома, автомобили, трамваи, афиши, вывески вытеснили живых обитателей. «Люди и лошади» в стихотворении «Шумики, шумы, шумищи» — только обезличенная принадлежность городского быта. В другом стихотворении «туман с кровожадным лицом каннибала» жует «невкусных людей» («Еще Петербург»).

Неприятие капиталистической действительности вылилось в романтическое противопоставление поэта, человека — толпе. Это ярко проявилось уже в стихотворении «А вы могли бы?».

Мятежный вызов светской «черни», «пестрой толпе», «гордая вражда» с миром постоянно звучали в романтической лирике Лермонтова. Противопоставление поэта и обывателей — частый мотив в поэзии Блока:

Ты будешь доволен собой и женой, Своей конституцией куцой, А вот у поэта — всемирный запой, И мало ему конституций!

У Маяковского этот мотив приобрел характер социального вызова. Литературную условно-романтическую ситуацию он порой переводил в реальный план, в прямое столкновение со слушателями.

Читайте также:  Учёный михаил васильевич ломоносов

Стихотворение «Нате!», например, было написано специально для публичного выступления. Маяковский читал его на открытии кабаре «Розовый фонарь», бросая обвинительные строки в лица посетителей и посетительниц: «Вот вы, мужчина, у вас в усах капуста.

; вот вы, женщина, на вас белила густо, вы смотрите устрицей из раковин вещей».

Нетрудно вообразить ярость и возмущение фешенебельной публики, которая вместо развлекательных «фокусов» получала заряд откровенной ненависти и презрения. Можно представить психологическое состояние поэта, непоколебимо дочитавшего до конца свои гневные строки. Поистине он «жирных с детства привык ненавидеть»!

Стихотворение «Послушайте!» тоже прямое обращение тс слушателю, но совершенно противоположное по пафосу.

Поэт еще плохо представляет себе своих союзников, не различает лица заинтересованных слушателей, но он страстно хочет, чтобы они скорее появились, разделили с ним радость и любовь, отчаяние и надежду.

В мольбах и уверениях «тревожного, но спокойного наружно» персонажа стихотворения, не выносящего «беззвездную муку», много затаенных надежд и желаний автора.

Его сердце вбирает боль людей, он полон любви и нежности к ним, одиноким и слабым. «Я одинок, как последний глаз у идущего к слепым человека» — от таких слов мороз пробегал по коже.

Стихотворения «Нате!» и «Послушайте!» обозначили эмоциональный диапазон ранней поэзии Маяковского — от страстного накала до застенчивой робости, от доверительного признания до гневной обвинительной речи.

По словам Горького, поэт в это время «говорил как-то в два голоса, то — как чистейший лирик, то — резко сатирически».

В стихах эти два голоса порой не только соседствовали, но и соединялись в один, создавая совершенно оригинальные формы поэтического высказывания.

Прочитайте стихотворения «Ничего не понимают», «Скрипка и немножко нервно», «Вот так я сделался собакой».

Что это — сатира или лирика? Даже специалисты-литературоведы не единодушны в ответе на этот вопрос: в некоторых книгах и статьях названные произведения рассматриваются как сатирические.

Между тем от сатиры здесь только внешняя оболочка — фантастическое, гротескное смещение реальных связей.

Гротеск, то есть заостренное нарушение бытового правдоподобия, обычно использовался как орудие насмешки. Например, Гоголь в повести «Нос» с ошеломляющей серьезностью повествует о невероятных приключениях с носом, который, исчезнув с лица майора Ковалева, обнаруживается то в .

«горячем хлебце с луком», то в облике господина, разъезжающего по Невскому проспекту, то беглеца, садящегося в Дилижанс, пока, наконец снова не водворяется на физиономии своего хозяина! Алогичные, призрачно-нелепые происшествия бросали иронический отблеск на систему реальных человеческих отношений самодержавной Руси, колебали представления о незыблемости и разумности существующего порядка.

Маяковский использовал гротеск в качестве оболочки «скрытой» лирики. Перед нами трогающие исповеди человека чуткого, легко ранимого, одинокого. Не уверенный, что переполняющие его чувства встретят ответный отклик, он прибегает к эксцентричному вымыслу, несколько приглушающему откровенное жалобное признание:

«Знаете что, скрипка? Мы ужасно похожи: Я вот тоже ору —

а доказать ничего не умею!

Поэт полон любви и нежности к людям, его сердце вбирает их боль, но он еще не может помочь другим, и из его груди порой вырываются слова безмерного отчаяния: «Я одинок, как последний глаз у идущего к слепым человека. »

Владимир Маяковский — В ушах обрывки теплого бала ( Еще Петербург )

Семантическое ядро

Семантическое ядро отсутствует.

Если у вас есть свой анализ стихотворения Владимира Маяковского «В ушах обрывки теплого бала» (Еще Петербург) — оставьте комментарий с вашим вариантом! Нужно определить тему, идею и основную мысль стихотворения, а также описать какие были использованы литературные приёмы, метафоры, эпитеты, сравнения, олицетворения, художественные и изобразительно-выразительные средства.

Источник: https://ostihe.ru/analiz-stihotvoreniya/mayakovskogo/eshhe-peterburg

Маяковского улица в санкт-петербурге на карте города. номера домов. описание, история — улицы санкт-петербурга — дыхание питера

20 августа 1739 года магистрали, проходившей от современной Кирочной до Разъезжей улицы и включавшей в себя часть современной улицы Марата, было присвоено название Преображенская Полковая улица, по лейб-гвардии Преображенскому полку, квартировавшему в этой части города, между Кирочной и будущей улицей Жуковского (см. улица Радищева).

Однако это имя не употреблялось, а ее первое реально существовавшее название — Средняя перспектива. Оно известно с 1746 года и относилось только к участку между нынешней улицей Жуковского и Кирочной.

Средней она была по- тому, что проходила посредине слободы полка, границами которой были Литейная улица (ныне Литейный проспект) и будущая улица Радищева.

В 1793 году Средняя перспектива стала Средним проспектом, который в начале XIX столетия иногда именовался Средним Полковым проспектом либо Средней улицей.

Параллельно с 1798 года употреблялось название проспект к шести лавочкам, а затем Шестилавочная улица, по находившимся на улице шести мелочным лавкам. Был еще один вариант, зафиксированный на плане 1812 года,— Широкая улица.

Участка между Невским проспектом и Малой Итальянской (улица Жуковского) долгое время не существовало, а когда появился проезд, его с 14 апреля 1852 года стали именовать Надеждинской улицей.

В отличие от других существовавших в Петербурге Надеждинских улиц, называвшихся по именам членов семьи землевладельцев, этот проезд называли так в связи с надеждой на выздоровление близких людей.

Дело в том, что в доме № 12 размещалось отделение для чахоточных Мариинской больницы, в которое «люди входили с надеждою выздороветь». А еще через шесть лет, 7 марта 1858-го, это название распространилось и на Шестилавочную улицу.

Надеждинская улица просуществовала до середины 1930-х годов.

16 января 1936 года ее переименовали в честь русского поэта Владимира Владимировича Маяковского (1893—1930).

Маяковский жил в квартире № 9 дома № 52/9 на углу Надеждинской улицы и Манежного переулка с 1915 по 1919 год. Владимир Маяковский жил в Москве, а в Петербурге-Петрограде бывал наездами, выступая со стихами перед публикой.

Впервые он приехал в Петербург осенью 1912 года. Наиболее часто он выступал в «Бродячей собаке» на Итальянской улице и в Троицком театре ва Троицкой улице (ныне улица Рубинштейна).

Единственным постоянным местом, где поэт-футурист жил, стала квартира на Надеждинской, в которой он снимал комнату у стенографистки М. В. Масленниковой.

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.

Источник: http://s-pb.in/ulitsi-691

Мой стих трудом громаду лет прорвёт: в Петербурге отметят день рождения Владимира Маяковского

Но меня не осудят, но меня не облают, как пророку, цветами устелят мне след. Все эти, провалившиеся носами, знают:

я — ваш поэт.

Петербург вместе со всей страной готовится отметить день рождения, пожалуй, одного из самых громких поэтов 20 века.

Жизнь Владимира Маяковского была похожа на его стихи и к ней он, как и к своим произведениям, всегда относился весьма критично.

В его жизни было много любви, однако именно она доставила ему не мало боли, особенно если вспомнить его странные отношения с семьей Бриков. Лиля Брик долгое время была его музой. Они познакомились в 1915 году, после между ними вспыхнул бурный роман, а Маяковский стал посвящать ей практически все стихи. Позже Владимир Владимирович посвятил ей и все произведения, созданные до их знакомства.

Брик говорила:«Страдать Володе полезно, он помучается и напишет хорошие стихи». Роковая женщина «с хлыстом» доставила поэту очень много боли, но, как говорится, «инцидент исперчен» и, может быть, без этой боли мир бы никогда не узнал его именно таким: сильным, жестким, хлестким и одновременно очень ранимым.

Стоит отметить, что в 21 веке народная любовь к поэту только растет, а почитатели его творчества открывают для себя все новые тайны, заключенные в строчках.

Владимир Маяковский родился 19 июля 1893 года в семье лесничего. В 1902 году вместе с семьей переехал в Москву, где и начал свой творческий путь. Помимо стихов поэт проявил себя в драматургии, демонстрировал неплохие актерские данные и хорошо рисовал.

Умер в возрасте 36 лет. Не сумев справиться с личными и общественными обстоятельствами. Маяковский застрелился 14 апреля 1930 года.

Единственным свидетелем этой трагедии стала актриса Вероника Полонская: «Я успела дойти до парадной двери и услышала выстрел. Заметалась, боялась вернуться.

Потом вошла и увидела ещё не рассеявшийся дым от выстрела. На груди Маяковского было небольшое кровавое пятно». 

Поэт был кремирован в открытом тремя годами ранее первом московском крематории близ Донского монастыря. Мозг был изъят для исследований Институтом мозга. Прах был захоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.  

Именем Маяковского названо множество улиц в городах России и других стран, названы библиотеки, школы, морские судна, станции метро и огромное количество театров и кинотеатров по всей стране.

15 июля в преддверие дня его рождения в Северной столице пройдет праздничное мероприятие «Маяковский-фест». Организатором его выступила Центральная библиотека имени В. В. Маяковского и специально подготовила для гостей насыщенную программу.

В течение всего дня во дворе будут читать стихи поэта, в «Открытом микрофоне» может принять участие любой желающий.

Кроме того, здесь пройдет несколько интересных викторин, посвященных творчеству поэта, а также лекции и спектакли.

Камерный оркестр Эстрина выступит с программой «Музыкальный мир Владимира Маяковского», в которую вошли произведения А. Бородина, М. Мусоргского, Ф. Шуберта, А. Скрябина, С. Прокофьева и Д. Шостаковича. 

Центральная библиотека им. Маяковского расположена по адресу наб. реки Фонтанки, 46. Начало в 14:00. Вход свободный. 

Источник: https://nevnov.ru/489275-moi-stih-trudom-gromadu-let-prorvet-v-peterburge-otmetyat-den-rozhdeniya-vladimira-mayakovskogo

Маяковский. Такой

С 20 октября в Петербурге стартует фестиваль «Маяковский Такой», посвященный великому гению начала XX века, знаменитому русскому поэту Владимиру Маяковскому. Четыре уик-энда подряд молодые поэты, актеры, художники и музыканты будут возрождать непередаваемую атмосферу его творчества.

Каждый фестивальный день «Маяковский Такой» будет начинаться с лекций по конструктивизму, авангарду и дизайну, затем продолжаться выступлениями молодых поэтов и музыкантов Петербурга. Помимо относительно неизвестных музыкальных коллективов, на фестивале выступят такие знаменитости, как Женя Любич, Roman Rain, ОПА!, Паровоз до Кубы.

Будут представлены произведения, созданные под влиянием стихотворений и личности Маяковского; среди авторов работ — Катя Красная, Михаил Попов, Алексия Кан, Шатц Вольфхайм, Сергей Опульс, Игорь Яновский, Иван Юрков, Jess Dale, Галя Губченко, Тамара Аксирова и другие художники.

Особым гостем станет успешно работающий в Европе художник Игорь Чолария, который продемонстрирует на фестивале свою работу «Лиля Брик». 

Центр ремесел «Особые мастерские» в рамках фестивального проекта «Маяковский. Особый формат» представит керамические поделки своих подопечных — ребят с психоневрологическими нарушениями. 

Уик-энды Маяковского делятся по тематическому признаку: затронута будет не только любовная, но детская и гражданская лирика поэта. Фестиваль осветит весь объем творчества великого поэта и докажет, что его наследие не исчезло с безвозвратно ушедшей советской эпохой, но живет и процветает в современных молодых умах. 

Программа фестиваля

День I. Любовная лирика20 октября, 18:00 

Лекция 

«Новаторские находки конструктивизма: дизайн и реклама»
Выступления: Яков Карманов & La Muzica я точка моря vMetroЖеня Любич 

Где: клуб MOD, канал Грибоедова, дом 7 (во дворе)
Подробности: http://vk.com/mt_day1

День II. Стихи детям26 октября, 18:00

Лекция «Авангардные воспитатели: оформление детских изданий».

Выступления:Паровоз до КубыЧё МоралеОПА!  

Танцевальный театр «ARTиCOOL»

Где: клуб MOD, канал Грибоедова, дом 7 (во дворе)
Подробности: http://vk.com/mt_day2

День III. 3/4 ноября

День, 18:00 — 19:30
Лекция «О дивный новый мир кино: братья Стенберги и оформление афиш».

Где: клуб Radiobaby, Казанская улица, дом 7 (во дворе)
Подробности: http://vk.com/mt_day3

Ночь, The Dark Side of Mayakovsky, 23.30
Выступления: Disciplina MedicinaValen'Time PARA BELLVM Специальный гость — Roman Rain 

Перфоманс Nemesis

Где: клуб DaDa, Гороховая улица, дом 47 (во дворе)
Подробности: http://vk.com/mt_night
Обязательный дресс-код в стиле 20 –х годов.

День IV. Гражданская лирика10 ноября, 18:00

Лекция «Агитационное искусство русского авангарда».

Выступления:Параноев T-Lazarus

БАРТО

Где: клуб MOD, канал Грибоедова, дом 7 (во дворе)
Подробности: http://vk.com/mt_lastday

Источник: http://www.Peterburg.ru/events/mayakovskiy-takoy

Ссылка на основную публикацию